Твою ж…
А я думал у них семейная солидарность во всём и всегда проявляется. Очевидно, приходится открывать мир заново.
Опять же:
— С чего такие выводы, белый волк? — угрюмо отозвался глава огненного клана. — Верховный такого не говорил. Не выворачивай, — помрачнел. — Напрягаешь.
И сам весь подобрался. Что закономерно не понравилось отцу моей пары. Одарил его таким давящим взором, что долго гадать не приходится, ещё немного и начнётся драка.
— То есть тот факт, что на Совет допускаются лишь те, кто в этот самый состав Совета входит, ты подзабыл, да, дружище? — ухмыльнулся уже я для Оливейра.
"Не особо-то и хотелось поддерживать Белова, но и не сказать, что он не прав. Особенно если учесть, что я сам скорее глотки перегрызу всем этим генномодифицированным людишкам, нежели буду терпеть их близкое присутствие, соответственно, и в моих интересах, чтоб их и духа здесь не было. А похищения… пусть сами справляются с миссией по спасению своего вида. Не припомню, чтоб хоть один из них помог хоть одному из подобным нам.
А на мои слова альфа клана огненных волков помрачнел ещё больше прежнего. Видимо потому, что слова Белова переоценил. И всё с той же мрачностью уставился на Верховного. Как и остальные участники собрания. Разве что Амин аль-Хайят, которому вечно обломно даже в споры влазить, сделал вид, что его всё устраивает.
— Я однозначно против подобного, — вставил его племянник и глава соседнего с ним клана пустынных волков Александр аль-Азиз, по совместительству близкий друг семейки моей пары.
— Я тоже, — сухо поддержал Трей Кларк.
Дальше назревал настоящий балаган. И он бы обязательно развернулся в полной мере, если бы О'Двайер не пресёк.
— Успокойтесь все, — сурово отрезал Йен, закрывая всем рты. — Никому из них я давать место в нашем Совете не намерен. Это будет одноразовая акция. И жить они будут в подконтрольной нам деревушке. Поставим во главе нужного нам человека, и всё. Но если кто захочет принять их у себя в стае, я возражать не стану.
Может быть и так, но…
— То есть, генномодифицированные так сильно впечатлились возможностью угрозы своей шкуре, что вдруг согласились стать покорными овечками под наблюдением злых волков? — подал голос молчавший до этого аль-Хайят, недоверчиво прищурившись.