Я объяснила, что мне нужна приемная Егора Сергеевича, она с недоверием посмотрела, но набрала на телефоне кого-то. После разговора сообщила, что Егор Сергеевич на встрече, когда освободится, она не знает, но я могу оставить документы его секретарю. Девица показала, куда пройти. Я отправилась в указанном направлении.
Да, офис впечатлял. Все красиво, везде зелень, удобные диванчики. Дальше по коридору располагались стеклянные раздвижные двери, а за ними большая приемная. За круглой стойкой сидела блондинка, лет двадцати.
— Здравствуйте! Вы хотели что-то передать Егору Сергеевичу? Он сейчас на встрече.
— Да. Он забыл папку с документами, а они, возможно, ему срочно нужны. Передайте как можно скорее.
— Да, конечно.
В этот момент в приемную входит другая мадам, тоже блондинка, но постарше.
Блондинка номер один обращается ко второй:
— Лариса Ивановна, вы в кабинет к Егору Сергеевичу?
— Да, Мариночка.
— Тут женщина принесла документы, говорит, Егор Сергеевич их забыл.
Я стою, ощущая себя никчемной мебелью. А еще это обращение — «женщина», как я его ненавижу! Сразу чувствуешь себя старой, огромной, неуклюжей. Как будто ты не в модном офисе стоишь, а на рынке помидорами торгуешь. Нет, я понимаю блондинку. Когда мне было двадцать, те, кто был на десять-пятнадцать лет старше, тоже казались мне старухами, и все же. Масла в огонь подливает вторая.
— Забыл? — переспрашивает она, при этом окидывает меня таким взглядом, как будто перед ней разносчик пиццы, и она думает, стоит ли дать мне чаевые, — интересно где? — добавляет она.
Типа, как такой Бог как Егор мог вообще оказаться рядом с такой как я?
Чувствую себя рядом с этой расфуфыренной блондинкой даже не гадким утенком, а вороной с помойки. Я ведь даже накраситься с утра толком не успела, влезла в первые попавшиеся джинсы, хвост собрала кое-как и побежала.
— Конечно, передам, Мариночка, — буквально поет эта Лариса.