Желая доказать любимой, что никто не может быть лучше него, Илуор осторожно коснулся пальцами ее подбородка и прижался губами к губам. Нежный, неспешный поцелуй заставил Арфель забыть о теме разговора, и потом вопрос любимого поставил ее в тупик:
– Так кого ты будешь любить после смерти?
С трудом вспомнив, о чем они говорили, леди Льефф-Энтан рассмеялась:
– Конечно же тебя! Ты же упертый и не дашь мне сделать неправильный выбор.
Князь крепко обнял свою ша-раарти и прикрыл глаза. Он был счастлив. Он благодарил судьбу за то, что их с любимой пути пересеклись и связались воедино.
– Нам стоит чаще выбираться к подножию одиноких холмов,– задумчиво произнесла Арфель. – Здесь тихо, красиво, есть наш походный шатер и нет бесконечных «хотетелей».
– Наша жизнь всегда будет обременена ими,– рассмеялся Илуор.
– Согласна, но зачем советоваться с княгиней по поводу хранения зерна? Я ничего в этом не понимаю,– леди Льефф-Энтан недовольно зафыркала.
– Что? – послушно переспросил князь, который уже слышал эту историю от Сарвейна.
– А на деле они пришли спрашивать, сколько яиц кладется в блинное тесто! Я думала, умру от смеси недоумения и злости,– Арфель покачала головой.
Посмеивающийся князь, поцеловав любимую в висок, открыл ей страшный секрет:
– Они верят, что если увидеть Лунную Княгиню, а еще лучше поговорить с ней, то гарантированно произойдет зачатие."
"С минуту Арфель судорожно размышляла, а потом ошарашено переспросила:
– То есть, они вначале достают меня, а потом идут… к мужьям?
– Когда Кавиш мне это рассказал, я потерял всяческое княжье достоинство и ржал как конь,– честно признался Илуор.
– Но я же делаю это очень аккуратно,– с сожалением произнесла леди Льефф-Энтан. – Ты только представь, если у каждой половозрелой волчицы родиться по ребенку? Или по два?
– Серый Дол резко помолодеет,– кивнул князь. – Я знаю очень рад, что у меня такая умная и догадливая жена. Но волчиц ты не изменишь.