– Ни в одной из стай охранители не появлялись, – уверенно произнес Илуор. – Они в людских землях, а значит, и привести могут только человечку. От человеческой женщины не может родиться волчица, только волк-полукровка.
Пожав плечами, старик кивнул в сторону выхода с Арены:
– Тебе пора. А что может или не может родиться от выбранной охранителями женщины – не нам решать. К тому же жрицей может оказаться и человечка. Такое бывало в нашей истории.
– Целый один раз, – хмыкнул Илуор.
– Тем не менее, – усмехнулся Отец-Ворон, – было.
– Знать бы где.
– Прошлое не провернешь обратно, – серьезно произнес старик. – Не стоит и мечтать. Здесь, в настоящем, каждый из нас должен быть готов к плодам принятых решений. И совершенных ошибок. Много ли у тебя ошибок, Илуор нид Энтан?
Оборотень уверенно посмотрел в глаза старика и так же уверенно солгал:
– Я не совершал ошибок.
– Как скажешь, как скажешь, – покивал жрец. – Иди, тебя ждет круг Воли. Костры уже разожжены, тебе предстоит долгая ночь.
Арфель Льефф, травница
За две недели подруги отремонтировали второй этаж особняка госпожи Льефф. У Каэль появилась собственная комната, собственный ключ и собственный пропуск сквозь охранную систему. Арфель сказала всего один раз, но слова выбрала максимально простые: ""Ты семья, и раз уж в столицу ты не возвращаешься, то будь любезна завести себе свою комнату, а не ютиться на продавленном диване"".
– Красота, – мечтательно произнесла госпожа Хемм и вытащила из воздуха бутылку вина. – Мы должны это отметить.
– Ага, – вяло отозвалась госпожа Льефф. – Мне как-то не очень хорошо.
– Ну это нормально. Во-первых, ты ждешь свою адскую недельку, а во-вторых, мы очень славно потрудились и мне, если честно, тоже нехорошо.
– Я буду свой настой, его уже пора начинать принимать, – улыбнулась Арфель.
– На тебя как на собутыльника вообще рассчитывать нельзя, – фыркнула Каэль. – Потому я и не рассчитывала.
Госпожа Хемм скорчила смешную рожицу и осторожно спустилась с крыши по новой шаткой лестнице.