Пока мужчины шептались, я бросилась к Амеллин.
— Как ты?
— Нормально, — Мелли виновато улыбнулась, — толку от меня, конечно, никакого не было.
— Не говори так, — возразила я. — Ты чуть не погибла!
Амеллин поежилась, очевидно, вспомнив руки Филиппа на своей шее, и поплотнее закуталась в шаль. Помолчав, она спросила:
— Лавин скрылся, ведь так?
— Да, — нехотя призналась я. — Энтони считает, что он выпрыгнул в окно, но не разбился. Тела так и не обнаружили — значит, подлец ушел на своих двоих. И…
Я немного помедлила, думая, стоит ли упоминать еще одну догадку Энтони.
— Тони считает, что сила Филиппа… Это была магия Пустоты.
— Что? — Амеллин вскинула на меня серые глаза, недоуменно отшатнулась. Шаль сползла с ее плеч, а все присутствующие в гостиной мгновенно обратили на нас внимание.
— Тише, — шикнула я. — Это еще не точно.
— Но… Это невозможно, — тихим голосом проговорила Мелли. — Последний раз магия Пустоты пробуждалась около двухсот лет тому назад. И… Она крайне опасна. Всех магов Пустоты ставили на учет, чтобы отслеживать и контролировать их способности, а после — и их потомков, даже если внешне признаков не было.
— Понятия не имею, — дернула я плечами. — Во всяком случае, это еще не точно. Вполне вероятно, что Тони ошибся. Когда приедет Эдвард, можно будет расспросить его.
Мелли согласно кивнула, и подняла глаза. Я проследила за ее взглядом, и заметила, что Финн с Энтони уже договорили, и сейчас испытующе смотрят на Стелу, которая от такого пристального внимания съежилась еще больше.
— Думаю, нужно все объяснить, — тихо произнесла Мелли. — Рассказать все, что мы узнали.
Я вздохнула. Ну, да, придется, иначе Энтони сейчас прожжет в Стеле дыру. Кашлянув, я встала и обратилась ко всем в гостиной:
— Дорогие… э-э-э, друзья и родственники, — начала я неуверенно. Леди Мойра хмыкнула, но, заметив мой яростный взгляд, уткнулась в чашку с чаем. — Сегодня кое-что произошло…
— Кое-что? — рявкнула злая Присцилла. — Где мой жених?
Ну, вот этого я и боялась.
— Сбежал.
— Сбежал? — взвизгнула Цилла, краснея от гнева.
— Я бы от такой тоже сбежала, — пробормотала Стела, вызвав смешок у Финна и леди Мойры. Леди Глэдис поспешила встать на защиту дочери:
— Виринея, дорогая, что случилось? Я проспала весь день, а когда Цилла меня разбудила, то половина дома оказалась разрушенной… До меня дошли сведения, что Филипп напал на вас.