Но как же так?! Пришла помочь, а получается, сейчас еще больше наврежу?! Нужно бороться! Ведь раньше я даже не пыталась сопротивляться! Верисель сказал подчиниться, и я, как покорная овечка, выполняла все его приказы!
У меня есть силы на борьбу. И я просто должна их использовать.
Посмотрев в глаза советнику, я улыбнулась и тихо сказала:
— Иди к черту!
Я вспомнила, как меня стошнило от его поцелуя. Магия тогда сработала таким образом, что Верисель тоже в полной мере прочувствовал на себе мое состояние. Попробую повторить.
Вернув элитари в щит Тайронира, я на некоторое время отвлеклась, наблюдая за тем, как Вериселя выворачивает на пол. Цвет лица советника был откровенно зеленым.
— Ловко ты его.
Ко мне подошел Винтварен, одобрительно улыбаясь. Я огляделась. Похоже, все действительно кончено — на ногах остались стоять только я, повелитель и его племянник. Верисель стоял согнувшись, содрогаясь в рвотных позывах.
Тайронир стремительно подошел ко мне и приподнял, сжимая в объятиях.
Он осторожно взял мое лицо в ладони и улыбнулся.
— Я люблю тебя, Лена, — произнес повелитель эльфов и поцеловал меня.
Эпилог
Оглядываясь на пройденный путь, всегда интересно видеть, что изменилось.
Прошло несколько месяцев с тех пор, как мы победили Вериселя, узнали подробности заговора и, что важнее всего, откровенно поговорили с Тайрониром обо всем, что произошло.
Самое главное мое опасение — о том, что повелитель эльфов не поверит, что я не имею отношения к грехам и ошибкам Ленариэль, о том, что он, узнав, что в теле его бывшей невесты теперь живет душа человека, не оправдался.
Тут мне на помощь пришли сами боги.
Вот что рассказал мне муж…
Тайронир орт Амарлок
Последние события помогли мне осознать несколько очень важных вещей. Когда мы с отцом Ленариэль планировали политический союз, я был готов к тому, что в моей семье может не быть любви. Считал, что взаимного уважения будет достаточно.
Ленариэль же с самого начала замыслила против меня заговор, и в ее планах совсем не было места ни мне, ни нашему совместному будущему. После того, как Верисель привез ее в столицу, она делала все, чтобы отложить наш обряд единения. Я начал подозревать ее в неверности и, как выяснилось, не без оснований.