Так, что еще? А, согласен подождать, пока я привыкну, и не собирается настаивать на исполнении супружеского долга…
Вот чего не хватало этой Ленариэль? Зачем ей понадобилось изменять ему? И, если меня не подводит чутье, планировать против Тайронира заговор?
Все эти вопросы настойчиво лезли в голову, пока грифон плавно спускался на крышу дворца.
Потому что там, прищурив голубые глаза, стоял и пронзал меня взглядом советник повелителя Верисель орт Дартен.
Едва грифон приземлился, как эльф тут же подошел к нам со словами:
— Мой повелитель, принцесса! Как хорошо, что вы вернулись!
— Что случилось? — спросил Тайронир, помогая мне спешиться.
— Я бы хотел поговорить с вами в кабинете, — сказал Верисель. — Было бы хорошо, если бы принцесса тоже присутствовала.
— Тогда идем! — повелитель не стал мешкать а, взяв меня за руку, направился к выходу с крыши, кивнув охранникам, что приземлились вслед за нами.
Стремительно пройдя по коридорам дворца, мы вскоре оказались в комнате с несколькими диванами и кучей подушек. Тайронир присел на один из них, усадив меня рядом. Странный кабинет. Вдоль стен располагались задрапированные тканью стеллажи, на полках которых что-то светилось. Я подавила желание встать и пойти посмотреть, что же там прячется.
Верисель расположился напротив нас, внимательно наблюдая за всеми движениями своего повелителя.
— При расследовании покушения на принцессу обнаружилось несколько слуг с потерей памяти, — сказал он.
— Удалось выяснить, что с ними случилось? — спросил Тайронир.
— Частичная потеря памяти — результат применения ментальной магии, — сказал Верисель. — А что касается слуги, который не помнит вообще ничего… здесь все сложнее. Он смотритель за грифонами. Я опросил тех, кто работал с ним раньше.
— Его осматривал лекарь? Маг жизни? — спросил Тайронир.
— Да. Разумеется. В крови бывшего смотрителя обнаружили последствия применения некоего зелья, состав которого наши травники восстановить не смогли.
— Кровь Ленариэль была чиста, — пробормотал под нос повелитель.