— Я не последую за тобой в столицу, друг, — тот качнул головой. — Я нужен дома. Я нужен своему клану.
— Иного я не ожидал, — Нарамаро вздохнул. — Но решил попытать удачу.
— У тебя всегда будет моя катана для войны и мой разум для советов, но жить я буду в поместье, — Такеши едва заметно улыбнулся. — У тебя есть родичи. Примирись с ними. — Сейчас нам нужна любая поддержка, которую мы можем получить, — Такеши пожал плечами.
Нарамаро лишь искоса посмотрел на него в ответ.
— Когда мы разошлем вести о том, что ты стал сёгуном… нет, даже не так! — Такеши оборвал сам себя.
— Их достаточно и сейчас, — огрызнулся Татибана. — Один или два клана ничего не изменят.
Такеши скривился. Его друг упрямился по-детски глупо — поведение, не достойное мужчины. Но не ему учить Нарамаро, как общаться с родственниками, и потому он промолчал.
— За нами стоят три наших клана вместе с вассальными и еще Токугава.
«Все может измениться в любой момент. Слишком хрупкое установилось равновесие, — думал Такеши, вполуха слушая друга. — Особенно если помнить, что наследники Фудзивара и Минамото — маленькие девочки, которые живут в одном поместье».
Он не стал возражать Нарамаро вслух. Он устал от разговоров, а их предстояло еще немало.
— Это твоя семья. Тебе решать. Что думаю я, ты знаешь, — только и сказал он.
Некоторое время они сидели в тишине: маленькими глотками пили саке, ели закуски и думали каждый о своем.
— Иди к жене, — Такеши посмотрел на друга. — Вы ведь только два дня, как провели церемонию.
— Акико сейчас в храме, — Нарамаро улыбнулся против воли, и эта улыбка из мужчины превратила его в юношу — столь солнечной и смущенной она была.
— Я наслышан, — Минамото хмыкнул.
Ему об этом сообщил Дайго-сан. И даже принес извинения за неподобающее поведение племянницы. Такеши тогда смог скрыть свое удивление, ведь он полагал, что Како истратила весь пыл во время их посещения поместья Асакура.