Они ушли в спальню, где у Александры на тумбочке стоял ноутбук, и Саша, достав с полочки чистый диск, предложила:
– Давай сюда перекинем и Нарбусу пошлем. Анонимненько, как в старые добрые времена – чтобы не думал, что это от тебя или что сфабриковано.
– А что это даст? – Ольга не до конца поняла цель операции, хотя внутри была полностью согласна с Сашей – лучше, чтобы ее фамилия не фигурировала нигде в связи с дочкой доцента."
"– Объясняю, – терпеливо проговорила Саша, вставляя диск в ноутбук и пытаясь подключить телефон с помощью шнура, – этот диск прольет свет нашему несговорчивому доценту на его обожаемую дочку, а ты вроде как и не при делах.
– Ага, Нарбус особенно, – саркастично возразила Ольга. – Такая правда о собственном дитя – не дай бог никому.
– Ну, Оля, что вырастил – то и выросло, так мой папа всегда говорил, когда я где-нибудь здорово косячила.
Ольга с благодарностью посмотрела на приятельницу – все-таки Сашка человек. Не бросила, помощь предлагает. Не такая уж она и змея, как про нее рассказывают в академии, просто требовательная очень, но ведь она не только от других, она и от себя требует тоже. Вон на тумбочке какое-то толстое иностранное издание по анатомии – читает, видимо, на ночь, совершенствуется.
– Не хочешь у меня остаться? – предложила Александра, но Ольга отказалась:
– Нет, спасибо. Поеду домой, там мама… Елку еще не наряжали, то-се…
– Ну, как знаешь.
Шел снег. В этом году зима вообще выдалась снежная и очень тихая, не было обычных для их местности пронизывающих порывов ветра, потому прогулки по вечернему городу были особенно приятны.