Во-первых, я очень давно не ела. И, во-вторых, у меня не было никакого оружия! Выбирать и готовить было некогда, так что я просто сорвала круг колбасы и принялась его жевать, обходя кухню. Лопатки были мною отвергнуты — они не тянули даже на жалкую замену моей лопаты. Скалка была со скользкой ручкой, а огромная сковорода очень тяжелой.
Я почти уже разочаровалась, как наткнулась на вилку для проверки мяса. Такая большая, что для маленькой меня она казалась почти что сказочным трезубцем, она удобно легла в руку и выпускать ее уже не хотелось.
Захватив с собой еще кувшинчик с сидром, я полезла выше. Прятаться на кухне и ждать в надежде, что найдут меня спасатели, а не очухавшийся Звояр, я смысла не видела.
Выход из кухни меня по-настоящему удивил. Это была общая комната преподавателей! С журналами курсов, записями уроков и прочим бумажным мусором. Мне страшно хотелось тут задержаться и залезть носом сразу во все записи, но я строго напомнила себе, что пока что моя дорога прослеживается на раз-два.
Так что пришлось искать выход. В преподавательской было несколько дверей. Та, которая была самой многообещающей, оказалась закрыта. Вторая вела в сортир, что тоже оказалось кстати, но недостаточно, чтобы спастись. А вот третья дверь помогла мне понять, почему ректор ничего не знает и не предпринимает!
Это был кабинет ректора с двумя выходами — в коридор для учеников и в преподавательскую — для общения с коллегами.
Ректор уткнулся лбом в сложенные руки и, на первый взгляд, спал.
Что же, это и правда был он.
Интересно, как часто ректор устает на работе так сильно, что засыпает на месте, а просыпаясь, не может досчитаться пары суток?
Я не пожалела минуты, написала на клочке бумаги название зелья и имя Звояра, повторила так несколько раз и сунула клочки везде, где мне только придумалось.
Наверное, больше я ничего не могла для него сделать, но это точно было лучше, чем ничего.
Закончив, я осторожно выглянула в общий коридор. Было тихо. Если мне удастся незамеченной проскользнуть до студенческого крыла, то я спасена!
Я хлопнула себя по лбу.