На эти беседы она накладывала картинки, которые иллюстрировали рассказ и давала всё это слушать и смотреть ученикам."
"Например, рассказывал паланский торговец об их знаменитом водопаде, и вот этот водопад во всей красе; говорил о грозном ущелье с обвалами на узкой тропе – и вот оно с высоты птичьего полёта, или просто с ближайшей скалы. Лене казалось, что таким образом у учеников быстрее пробудится интерес к языку и культуре народа. Наглядность – наше всё!
Конечно, это были приёмы земных педтехнологий, но кто об этом знал?! Зато Лена не уставала хвалить изобретателя записывающих кристаллов, так как они ей были очень нужны.
И, да, мальчишкам понравилось! Едва она включила запись с беседой этого старика, как они прилипли взглядами к изображению и уже ни на что не отвлекались.
Лена вышла из класса. У мальчишек должен был вскоре начаться ещё один урок, а у неё больше занятий не было. Она хотела съездить на рынок и поискать там паланов.
– Леди Эстелена, постойте! – раздался у неё за спиной требовательный оклик.
– Слушаю вас, – повернулась к герцогу Лена, когда они оказались в небольшой гостиной.
Она думала, что герцог предъявит ей какие-то претензии по занятию, но дело оказалось совсем в другом.
– Я доволен уроком и вами, – прямо заявил Гартнер. – И понял, что сделал правильный выбор.
«Ага, ага, – с иронией прокомментировала про себя Лена: – ОН сделал выбор, а не леди Ника».
– Через месяц мы провожаем в Кениру часть княжеского посольства. Невеста короля и её близкое окружение остаются у нас, остальные уезжают. Вместе с ними поедут наши сыновья, как жест доброй воли со стороны королевства. Вы будете жить в их столице – Влахии – две недели. Парни ещё не знают язык, поэтому с ними поедете вы. Всё, что вы услышите, увидите, поймёте немедленно будете докладывать Кристиану.