Парк невероятно хорош в начале октября. Желто-красная листва шелестит под ногами, а воздух наполнен этим пресловутым запахом засыпающей природы. Сердце щемит от непонятных чувств, и я сильнее сжимаю локоть своей подруги. Она оставляет меня в районе одиннадцати. Закрыв за ней дверь, погружаюсь в одиночество. Чтобы скрасить его, хватаю Палкашу и тискаю. Его морда выглядит очень недовольной, словно он терпит мои нежные прикосновения изо всех сил.
В бутылке еще осталось вино, поэтому ложусь в пенную ванну и допиваю его из гигантского выпендрежного бокала, любуясь на свой затейливый педикюр.
«Почему не пришла?»
Утираю скупую слезу и пишу, не кривя душой:
«Не хотелось»
Сердце трепыхается, как флаг по ветру. Посылаю Наумову сигнал через вселенную:
«Пожалуйста, пожалуйста, напиши еще что-нибудь!»
Но он не пишет.
Натягиваю старую застиранную футболку, на которой старичка Фрэдди Меркьюри похищает инопланетная летающая тарелка и выбираю к ней трусики с эмблемой супермена.
Под надежной защитой этих выдающихся парней, забираюсь в постель, заставляя Палкана спать со мной, несмотря на сопротивление. Ведь за этим я его кормлю паштетами по средам и пятницам – за участие.
Глава 9
Следующая неделя выдается на удивление насыщенной. Потому что к нам приехали китайские учредители.
Волосы собираю в пучок. Единственный минус этого лука заключается в том, что мне приходится напялить ботинки на гигантском каблуке, чтобы брюки не тащились по земле.
Китайцы оказались очень занятными. Изо всех сил стараюсь на них не пялиться, но они такие желтые, и глаза у них… это не то что «раскосые». Это совершенно другой уровень. Один делегат бросал на меня заинтересованные взгляды. Очень симпатичный, несмотря на очевидные особенности.