Жги, детка!

То, что понятно администрации, не всегда ясно болельщикам. Перышки нужно было немного подчистить.

- И вы наняли Лизу… - взгляд уперся в тумбочку, за которой вечно ютилась гигантская пляжная сумка моей невесты.

- Руслан посчитал, что мужика ты сольешь за один день. - Уже не скрывая своей причастности к заговору, Федор равнодушно пожал плечами. - И… в общем, я с ним согласен.

- Угу…

Неожиданно меня кольнула одна смутная догадка. Тумбочка! Сумка!

Среди кучи достоинств у пляжной сумки был один существенный недостаток - вечно заполненная доверху всякой ерундой, она не годилась для пеших походов.

Запасливая Лиза таскала в ней все, от полотенца до аптечки с бинтом и антисептиком. Уговорить ее выложить хоть что-то, было невозможно, потому даже в машину этот баул всегда относил я.

Сейчас сумки на месте не было. Не было и странной расчески с редкими зубьями на тумбочке, а у двери не скалились кошачьими мордами пушистые тапки.

- Твою мать, только не это! - еще раз взглянув в сторону тумбочки, я как бегун на короткие дистанции рванул к шкафу.

***

Легче всего лгать себе. У самообмана всегда есть тайная или явная выгода, позволяющая быстрее поверить и плотнее закрыть глаза на неприятные факты.

Верить в то, что пока меня нет, Лиза будет смирно сидеть в номере и ждать, было просто: чтобы остыть, нужно время, чтобы поговорить - отыскать нужные слова. Однако моя извечная подружка Удача второй день гуляла где-то на стороне.

Половина шкафа, которая еще утром была забита вещами Лизы, оказалась пуста. Ни цветастых топов, ни превращающих меня в ревнивого монстра коротких юбок, ни кружевного, убийственно-сексуального белья.

.. Пустота, и лишь сложенный вчетверо лист бумаги да ""кусок арматуры"" - мое жуткое помолвочное кольцо.

Сердце на миг замерло и тут же заколотилось быстрее.

- Черт! Да что за... - мгновенно забыв и о контракте, и об агенте, я схватил с журнального столика ключи от машины и бросился к двери.

Звон бьющейся посуды подсказал, что Федор выскочил вслед за мной.

- Коля, ты куда? – окрик догнал меня уже у лифта, но я даже не обернулся.

Если кто-то и мог сравниться со мной в упрямстве, то это Лиза Романова. Подбить две команды мальчишек сыграть в волейбол ради нерадивого тренера, чуть не угробить один из лучших спортивных автомобилей всех времен, признаться в любви после того, как я взял ее так жестко, как не брал никогда - какой бы милой и нежной Лиза не казалась, воле этой малышки можно было позавидовать."

"Бульдозер на шпильках. Она могла все.