"
"– Лично мне это даже выгодней по деньгам, – заключил Саша, обращаясь только к Алисе, – но тебе-то какая радость? Я ведь если и соглашусь, то только на своих условиях.
– Просто мы когда оценивали участок, у нас получалось немного больше… – начала Алиса.
– Опять «мы»? – заметил Саша. – Это будет моё первое условие: никакого Ямова! Он сделал всё, чтобы погубить эту стройку.
– Что конкретно? – закричал Ямов.
– Никогда не отвечай Ямову на этот вопрос. – Саша снова обратился к Алисе. – Он кричит «что конкретно», когда загнан в угол.
– Мне Автоном Викторинович только на первых порах будет помогать, – оправдывалась Алиса.
Саша поднял со стола несколько скреплённых листов.
– Автоном Викторинович получал корреспонденцию застройщика на свой адрес и гадил. Вот письмо от некоего А. В. Дурнопьяна, который просит нас решить вопрос с громким круглосуточным лаем на строительном объекте.
– Есть хоть что-то, в чём у тебя не виноват Автоном Викторинович? – спросил Ямов.
– Ты не виноват только в своих имени и отчестве, а теперь внимание! Второе условие – дом должен быть достроен, дольщики должны въехать.
Алиса кивнула.
– Третье условие, – продолжал Саша, глядя ей в глаза, – командовать парадом буду я. Мой коллектив, моя команда – до тех пор, пока последний дольщик не получит ключи. Ты не лезешь.
– Но ведь после сдачи дома мне нужно будет во всё вникать… – робко вставила Алиса. – Можно мне хотя бы присутствовать и наблюдать?
– Наблюдай, получай удовольствие, – разрешил Саша, рассудив, что в этом нет ничего страшного.
– А если я захочу принять какое-нибудь решение, например, о цвете краски?
– Это обсуждаемо, – смилостивился Саша.
Алиса казалась полностью удовлетворённой. Ямов сидел болванчиком, вообще не подавая признаков заинтересованности.
– Ты отдаёшь себе отчёт в том, что это всё гораздо выгоднее мне, чем тебе? – поинтересовался Саша. – Даже без трёх моих условий.
Алиса ответила почти шёпотом:
– Да, я осознаю.