Итак, на чём я остановилась?
«На самом быстром способе достать меня.»
— На Лондоне, — с жемчужной улыбкой любезно подсказываю.
— Ах да, — косой взгляд в мою сторону. — Итак, сразу после Лондона, утром в воскресенье, — снова шаг в сторону от меня, — рядом с Митиным «лексусом» стоял двухколесный «BMW», на котором сидел мотогонщик, одетый во всё чёрное — ни дать, ни взять, прямо князь тьмы… Ха-ха тебе два раза! Мите я отдала Такеши. У мотогонщика был шлем с заклеенной на нём цифрой сорок шесть, и этот мотогонщик шёл за мной по пятам по МКАДу.
Я как воды в рот набрал, но желваки у меня точно играют. Ира с удовлетворением обозревает плоды своих интеллектуальных трудов и решает поддать мне жару:
— Ладно, Исаев, не дрейфь, ты пока ещё не на суде и не обвиняемый. Идём дальше. Сегодня на дороге огромный такой кот сидел — здоровенный, не меньше Такеши… Полчаса назад я заехала тебе фарой в плечо.
В общем и целом, её монолог выглядят ровно так, как Фадеев и предсказывал: Ира, как танк, наступает по всем фронтам, сминая всё на своём пути, отстреливая и наших, и ваших. В ответ мне хочется взять её за ухо и выставить из своей квартиры вон. Но поскольку подобные действия абсолютно исключены, меня обуяет лихой бог юмора и веселья.
— Ир, ты не знаешь, но у меня такие проблемы, такие проблемы, — жалостливо бормочу я.
— Какие ещё у тебя проблемы? — Ира немного сбавила обороты. Понижаю голос до тайного шёпота:
— У меня, Самойлова, маниакальный синдром: фетиш на белые кеды. Абсолютно неизлечимо. — Я тут же делаю лицо Квазимодо. Самойлова испуганно сглатывает и пятится от меня.