– Это и есть причина, по которой никто не хотел помогать тебе там, в пустошах? – тихо спросил я у нее.
– Да, – медленно кивает она, – Тения особая девочка. И у нас это знали все. А тебя я просто предупредить не успела, когда ты взял на себя заботу о нас, о Тении и обо мне, еще тогда, когда она не могла бежать.
Я все так же вопросительно смотрю на нее, ожидая продолжения.
Девушка начинает нервничать под моим взглядом.
– Я уже сказала твоим подругам, что ни на что не претендую, – тихо произносит она и смотрит в пол, точно так же, как и тогда в пустошах.
"– Так чем она особая? – спрашиваю я у нее.
Роная молчит, а потом, будто одним махом решившись на что-то, начинает рассказывать.
– По нашим законам, тот, кто заботится о тебе, тот и является твоим опекуном. Это то же самое, что и отец, что и муж. А у нее никогда не было отца, но у нее есть сила. И она связала ее с тобой. Я не знаю, как вам доказать, но у нас есть ритуал крови. Он покажет вашу родственную связь практически мгновенно.
И девушка замолчала, снова посмотрев на пол.
Я, пока она говорила, уже понял, что Роная имела в виду.
И тут у меня два варианта. Или в результате того, что Тения связала меня и себя, она связала меня и еще со всеми другими дорогими мне людьми.
Но откуда она могла о них знать. И при чем тут тогда ее мать.
Ведь и к ее ауре у меня была протянута прямая линия.
Однако был и другой вариант.
Я, после того как девочка связала нас, стал гораздо более чувствителен к подобным типам энергетических связей, объединений, сообществ, о которых, возможно, просто раньше не знал, или мое сознание не имело о них никакого представления.
Не знаю уж, чем эти связи являются на самом деле, но теперь я их видел, хотя раньше этого делать не мог. И этот последний вариант происходящего показался мне гораздо более правдоподобным.