"
"— Я просто хотела спросить… — растерянно выдавила я, лихорадочно пытаясь сообразить — что я вообще спросить то хотела? — Вы… действительно передали записку моим родителям?
Я затаила дыхание, а мужчина слегка склонил голову и отозвался недовольным тоном:
— Думаешь, я стал бы шутить по этому поводу?
Я некоторое время смотрела на него, пытаясь пропустить через себя противоречащую своим ощущениям информацию. Кажется, этот ответ ничего не прояснил, а еще больше меня запутал.
— Нет… я не думала, что вы… — Выдавила я, пряча взгляд.
Мужчина слегка поджал губы и перевел взгляд на экран ноутбука.
— Оставь благодарности, я не стал бы этого делать, если бы в этом не было моего интереса.
Неприятная волна иголками спустилась по телу. Я впилась в бандита напряженным взглядом, не в силах справиться с тревогой, которая слилась со страхом за родителей
— Что… Что это значит? — настороженно спросила я.
— Значит, что для ментов, которые разводят шорох за тебя — это отличный повод замять дело.
Я пропустила стягивающую волну замешательства, паники и жгучей досады. Болезненное осознание задавило все мои мысли, пропуская по нервам только один импульс — я сама себя закопала! Сама себя лишила скорее всего единственной возможности выбраться!
Осев на стуле, я устремила отчаянный взгляд в пространство.
— Поверь девочка, для тебя же лучше, чтобы это было так. — Услышала я снисходительный голос.
Нахмурившись, я недоверчиво взглянула на мужчину.
— Меньше проблем с ментами — меньше внимания к твоим родителям. — Резонно пояснил он, глядя на меня в упор.
Я потупилась и нервно сцепила руки.
— Только не делайте вид, что вам есть хоть какое-то дело до моих родителей… — Выдавила я, стараясь проглотить застрявший в горле ком.
— Нет. — Ответил он просто. — Но их судьба должна заботить тебя!
Я в недоумении покосилась на бандита пытаясь разглядеть в его непробиваемом виде хоть что-то человеческое!
Понимая, что в каждом шаге этого мужчины была цель или свои интересы, я воспринимала его странную попытку меня «успокоить» — прозрачным лицемерием! Да — безопасность родителей была гораздо важнее, но после этой новости внутри образовались болезненные развалы и горький пепел рухнувших надежд.
Тяжелый ком все крепче стягивал горло, от жгучего чувства несправедливости и безвыходности.