Страдание охватило ее, сдавливая грудь, пока ей не стало трудно дышать.
Смеясь над одним из оскорблений Шея, Зеб взглянул на нее. Его брови сошлись вместе.
— Бри. Что такое?
— Мне жаль. Мне очень, очень жаль. — Она шмыгнула носом. Как она могла причинить боль людям, которых любила больше всего на свете?
— Вы не можете вернуться. Я все испортила — стая, город, домовые.
— Ей Богу, все в беспорядке. — Зеб начал подниматься и остановился по жесту Шея.
Шей поставил ногу на стул и оперся на бедро, глядя на нее.
— Ты собираешься винить себя?
— А как по-другому? — Под его пристальным взглядом ей пришлось отвернуться.
— Нет, — сказал Зеб убийственным голосом. — Даже не думай об этом.
— Посмотри на меня, Брианна. — Шей подождал, пока она подчинится.
— Мне потребовались годы, чтобы простить себя за ошибки, которые я совершил как вожак стаи. Ты не представляешь сколько людей мне нужно было спасти, прежде чем я решил, что искупил свою вину.
Сжав губы, Зеб понимающе кивнул.
Она поняла. Она разрушила их жизни и будет жить с угрызениями совести вечно.
— Мне очень жаль, — снова прошептала она.
— Тебе и должно быть. Потому что я в ярости. — Рука Шея сжалась в кулак, костяшки пальцев хрустнули. Она почувствовала притяжение альфы, его гнев прошел по ней. — Не за попытку спасти ребенка, а за то, что не дала нам шанса помочь тебе.
— Тебе плохо, потому что Зеба ранили, а Козантир может нас изгнать, но мы злимся не поэтому. Даже близко не поэтому. — Он изучал ее. — Пока ты не избавишься от чувства вины, ты не поймешь остального.
Что он имел в виду?
— Я…
— Хороший родитель — или альфа — дисциплинирует, чтобы обучать, — сказал Шей. — Будучи ребенком, я не понимал, как наказание может уменьшить гнев и чувство вины. Или как после наказания исчезает вина.
"Она вспомнила боль от наказания Тайры. Неужели они действительно нападут на нее? Растерзают ее, как волки? Но если от этого им станет легче… Она глубоко вздохнула.
— Хорошо. Я могу это вынести.
Зеб выпрямился.
— Шей, ты что, ненормальный? Ты решил ее покусать? — Мрачная улыбка промелькнула на лице альфы.
— Покусать? Нет. Хотя это будет трудно — я никогда не бил женщину. — Он сел на кровать. — Иди сюда, Брианна.
Она колебалась.