— Обратили ли вы внимание на ее ялик, направляющийся к бухте Гномов?
— Нет. Когда я пришла к Солнечному карнизу, она, наверное, уже успела проплыть.
— Видели ли вы вообще чью-нибудь лодку?
— Я не могу этого утверждать. Я читала и поднимала глаза от книги только изредка. Насколько я помню, каждый раз, когда я смотрела на море, там ничего не было видно.
— Вы видели, как мимо вас проплыли на лодке мисс Брустер и мистер Редферн?
— Нет.
— Вы были знакомы с миссис Маршалл?
— Капитан Маршалл — старый друг нашей семьи.
— А миссис Маршалл?
— До того, как встретиться с ней здесь, мы и десятком слов не обменялись.
— Насколько вам известно, это была дружная пара?
— Я думаю, что они жили в добром согласии.
— Капитан любил свою жену?
— Вероятно, да, но здесь я ничего не могу сказать вам с точностью. Капитана нельзя назвать человеком современных идей… Для него брак — это вещь серьезная.
— Испытывали ли вы симпатию к миссис Маршалл?
— Ни малейшей, — ответила она без враждебности, твердым и спокойным тоном, словно констатируя этот факт и не больше.
— Почему?
На губах Розамунды появилась тень улыбки.
— Я полагаю, вы уже знаете, что женщины вообще не любили Арлену Маршалл. Она же, со своей стороны, ненавидела их и не скрывала этого. Тем не менее, я бы с удовольствием шила на нее, так как она была женщиной со вкусом и умела носить свои туалеты.
— Она тратила много денег на свои наряды?
— Вероятно, да. У нее были и собственные средства, а у капитана — большое состояние.
— Слышали ли вы или знаете ли вы, что миссис Маршалл была жертвой шантажа?
На лице молодой женщины появилось выражение изумления.
— Арлену шантажировали?
— Вас это удивляет?
— Господи, да!.. Это для меня так неожиданно!
— Но вам это представляется возможным?
— Все возможно, не правда ли? Этому учит нас жизнь.
— Может быть, в жизни миссис Маршалл было что-то, что она предпочитала не доводить до сведения своего мужа."
"— Может быть, — ответила она без убеждения и с полуулыбкой объяснила: — Я отношусь к этому скептически, потому что Арлена не скрывала того, какая она. Она не строила из себя честную женщину.