Лера еще удивлялась - кому пришло в голову портить произведение искусства?
Здесь, во сне, никакого кинжала не было. Желтый глаз птицы смотрел прямо на нее. Внезапно нахлынуло ощущение пронизывающего холода, а потом она как будто провалилась в темноту. И в этой темноте голос:
«Выход есть. Они лгут тебе».
Та записка! Лера невольно заметалась во сне, странное состояние, похожее на удушье. Ужас, как будто из нее хотят вырвать что-то...
В следующий миг она проснулась.
Но остатки сна еще крепко держали ее в когтях.
Спальня, их огромное ложе. Но Далгета рядом не было, только след его большого тела на постели, примятая подушка. Она потянулась, накрывая подушку рукой, и вдохнула в себя его запах. И замерла, хмурясь.
По освещению можно было понять, что наступило утро. А голова была тяжелой. И ей было трудно сейчас понять, было ли все на самом деле или ей привиделось.
Не привиделось.
Но где же Далгет? Сразу стало тревожно.
Стоило подумать о том, что вчера он мог умереть, Лера тут же подскочила на кровати, дернув простыню на себя. Из складок ткани вывалилось изумительно красивое ожерелье.
Вот же... Неисправимый! Как будто у нее мало украшений!
Хотелось рассердиться и улыбнуться одновременно. Лера коснулась кончиками пальцев удивительных камней, в глубине которых горели яркие голубые звезды.
- Я помню, что ты терпеть не можешь футляры, - услышала она и тут же обернулась.
У двери ванной стоял Далгет, влажные волосы зачесаны назад, едва заметная улыбка на твердых губах. Ужасно красивый и живой. И ничего не было важнее этого.
Сердце гулко стукнуло в груди, расширяясь радостью. Она не смогла сдержать ответную улыбку и на какое-то мгновение задохнулась от счастья.
- Не хотел тебя будить.
Потом с сожалением оторвался и проговорил:
- Придется вставать, сегодня провожаем последних гостей.
Томное настроение рассеялось.
Мужчина отошел к столу и не глядя протянул руку к стулу, на спинке которого материализовался черный костюм. Полный комплект, вместе с обувью, белоснежной рубашкой, запонками и галстуком.