Только картины, висевшие на стенах его квартир, создавали некоторое различие. Дронго не признавал копий картин известных художников. Покупая приглянувшуюся ему работу, он старался найти похожее произведение этого же художника. Может, поэтому Дронго иногда непроизвольно путал одну квартиру с другой.
Итальянское поместье, где жила Джил с детьми, было построено совсем в другом стиле. Он старался ездить туда незаметно, не покупать билеты на прямые рейсы в Рим из Баку или Москвы, чтобы посторонние люди не могли отследить его посещения столицы Италии.
Поэтому, прилетев сегодня утром из Москвы в Баку, Дронго подсознательно протянул руку за тем самым куском мыла, который остался совсем в другом городе и в иной стране. Он улыбнулся, вымыл руки и вернулся в свой кабинет.
В этот момент раздался телефонный звонок. Дронго взял мобильник и увидел высветившийся номер своего друга и напарника Эдгара Вейдеманиса.
Он сразу ответил:
– Я улетел только сегодня утром. Что опять случилось?
– Тебя ищут, – пояснил Эдгар.
– Обычно на тебя не действуют никакие уговоры, – вспомнил Дронго. – Что произошло на этот раз? Насколько я помню, за много лет ты практически никогда и никому не давал номера моего телефона. Неужели она произвела на тебя такое сильное впечатление?
– Это самая близкая подруга свекрови моей дочери.
– Кажется, ты знакомил меня с этой дамой на свадьбе твоей дочери, – вспомнил Дронго.
– Вот именно. И с ее покойным мужем. Он умер еще в прошлом году. Обширный инфаркт. Иосиф Яковлевич Берзер был директором института и прекрасным врачом. Ты понимаешь, что я не мог ей отказать.
– Понятно. Что она хочет?
– Срочно поговорить с тобой.
– Настолько важное, что она не может подождать даже одну неделю?
– Не может. Я подозреваю, что знаю, о чем именно она хочет с тобой разговаривать.
– Можешь поделиться своими знаниями?"
"– Конечно. Она Берзер по мужу, а ее настоящая фамилия Концевич. Вот уже целый месяц все российские газеты обсуждают трагедию, происшедшую в семье ее брата – Сергея Викторовича Концевича.