В Фаргосе всё совсем иначе — здесь никаким табу и не пахнет, скорее наоборот — секс всячески поощряется. Но только при одном условии — между партнёрами должна быть страсть. Ведь тем же Азимуту с Клиссой желали, прежде всего, несгораемой страсти.
И Верез… Он искренне любил ту девушку, а она любила его. И страсть, как понимаю, между ними была неслыханная, иначе маг бы сдержался, ну или она отказала — ведь потеря девственности до свадьбы, в тех краях, равносильна смерти.
Выходит, взаимная страсть способна увеличить резерв мага, а…
«А невзаимная — наоборот, уменьшить,» — закончил мысль Верез.
«Верез, а откуда в Горанге табу на секс? Они чем там занимались, если появилось такое ограничение?»
Я ощутила печальную улыбку.
«Насиловали что ли?» — нет, поверить я не могла.
«Настя, запрет древний. Никто не помнит, когда он появился и кем провозглашен. Но если вдуматься… Понимаешь, в Горанге всего один источник магии, маги там рождаются редко, их мало. Тем не менее, они — элита, а элите позволено всё.
Ну допустим. А что с остальным?
«Подозреваю, что чем сильнее страсть, тем больше изменения резерва,» — сказал Верез. Я же попыталась свалиться с диванчика в третий раз, а мысли снова пустились в пляс.
Нет, это, просто не укладывается в голове. Быть такого не может. Просто не может и всё тут! Если Эрик — наикрутейший маг с огромным резервом, говорит, что я могу этот самый резерв уничтожить… это что? Как? Это… какая же у него страсть? И… и когда я успела обзавестись ТАКИМ самомнением? Сама мысль о том, что принц меня хочет — уже маразм.
Чем дольше размышляла, тем громче становился хохот. Смеялась, естественно, не я.
«Верез прекрати, пожалуйста. Я понимаю, что меня занесло куда-то не туда, и это не повод хохотать на всю… на всю голову.»
Хохот перешел в здоровый, очень громкий ржач. Ну всё, мигрень на ближайшие двое суток обеспечена.
"Ну, допустим (но только теоретически!), что Эрик действительно пылает вот такой страстью. Допустим, пылает он давно. И как я уничтожу резерв? Заставлю сорваться? Спровоцирую на… изнасилование?
Чёрт, я многое могу понять, но Кардер — полный кретин. Я от тех поцелуев с обездвиживанием едва не умерла, что говорить про остальное? Добровольно стать жертвой изнасилования — извините, но это за гранью добра и зла.