Всех до единого!
Эрик хотел сесть на противоположный диванчик, но я не пустила. Вцепилась мёртвой хваткой, заставила остаться рядом.
Едва миновали подъёмный мост, дрожь, которую отчаянно сдерживала на людях, взяла верх. Меня колотило и трясло. Огненный монстр прижимал к себе, пытался успокоить. Он говорил разумные вещи, но слова не помогали.
— Не бойся, — шептал Эрик. — Они придут. Они обязательно придут. Иначе и быть не может.
Тогда, в гостиной, я так и не сумела рассказать историю Сириллы до конца. Но принц и не просил.
Эрик заставил краснощёкую Риану поведать все-все подробности, после сам зашел в тот чулан. Когда огненный наследник скрылся за узкой дверью, тишина в кухне стала замогильной, а я не выдержала и расплакалась — это суровый взгляд Синты подстегнул. Прислуга осуждала мою доверчивость, не верила, что Эрик поможет.
Когда он вышел от Сириллы, утешать никого не стал.
— Это сделает их невидимыми для герцога. Ауры Фарриан не проследит.
Кухню мы покидали в той же, замогильной, тишине. Звук собственных шагов бил по нервам, от взглядов прислуги мурашки по спине бежали.
После истории Сириллы собственные горести и проблемы казались настолько мизерными, что начала невольно злиться — ну как? Как я могла убиваться из-за такой ерунды?
Уснуть сумела лишь после того, как Верез прочёл какое-то заклинание.
…И вот мы на юго-западной дороге. Лес уже виден, но мне до безумия страшно — что если Сириллы в назначенном месте не будет? Что если прислуге не удалось вытащить её и младенца из замка? Страшно до одури, несмотря на то, что разум вопит: бал — идеальное прикрытие для побега, всё получилось, иначе и быть не может.
Едва въехали в тень хвойного леса, я вывернулась из объятий Эрика и прилипла к окну.
— Всё хорошо, — тихо сказало высочество. — Мы их не пропустим.
И вправду… не пропустили.
Спустя несколько минут карета остановилась. Принц вышел первым, подал руку. Я белкой выпрыгнула на дорогу, огляделась.