– Плохая новость в том, что гематома почти такая же большая, как раньше. Уменьшилась, но далеко не так, как я ожидал после двухнедельного постельного режима.
– Что это значит?
– Это значит, что у вас все еще есть большая вероятность выкидыша, а аборт в шестнадцать недель не только поставит под угрозу жизнь плода, но опасен и для вас.
Я посмотрела на доктора со страхом в глазах.
– Вы продолжите отдыхать, а я пропишу вам больше витаминов. Понимаю, вам страшно, Ноа, но такое не так уж и редко случается.
"Все это звучало так ужасно… Еще две недели постельного режима! Что я буду делать?! Дженна не могла заботиться обо мне все время, а Лайон в конце концов поймет, что что-то не так. Не говоря уже о том, что через очень короткое время я уже не смогу спрятать беременность под футболкой «Рамоунз».
Черт… У меня было мало времени!
– Нужно рассказать Лайону.
Я заставила ее заехать в кафе-мороженое, потому что у меня внезапно возникло ужасное желание съесть шоколадно-ореховое мороженое. Полагаю, я только что испытала первый официальный каприз беременной и облизывала губы, пока Дженна с тревогой смотрела вперед.
– Мы не можем сказать Лайону. Он не выдержит и все выдаст своему лучшему другу.
– Ну тогда мы скажем твоей маме, – предложила Дженна, в отчаянии ударив по рулю.
Моей маме… Черт возьми, если и было что-то, чего я боялась больше, чем потерять ребенка, так это рассказать ей.
– Слушай, ты можешь оставить мне немного еды в ланч-боксе рядом с кроватью. Мне не придется двигаться, и тебе не нужно будет за мной присматривать.
Дженна повернулась и посмотрела на меня с сердитым лицом.
– Я не оставлю тебя одну, это исключено, – сказала она, переводя глаза на дорогу.
– Не говори мне о Николасе. Мне все равно, какие изменения у него будут, у меня самой достаточно изменений, спасибо.
Дженна снова вздохнула, и вскоре мы вернулись домой.