– Я не займу у тебя много времени, – объяснил я, не зная, как выразить свои смешанные чувства. – Я просто хотел сказать, что сожалею о том, что случилось с нашим сыном. Я так и не узнал, что произошло, а если бы знал, то поддержал бы тебя во всем, что бы ты ни решила.
Брайар слушала меня со спокойным лицом.
– Значит, было не суждено, чтобы этот младенец был частью нашей жизни, – сказала она, и я заметил, как ее глаза наполнились слезами. – Но это стоило мне дорого…
Я взял ее руку. Ее слова ранили меня.
– Мне очень жаль, – сказал я, и это было правдой.
– Я сожалею о том, что сделала, – призналась она, нарушив молчание. – Не знаю, что со мной случилось… Я… Майкл… Я думала, что он любит меня, понимаешь? Он говорил такие вещи… о Ноа и о тебе… Я думала…
– Сосредоточься на том, чтобы выздороветь, Брайар, – сказал я, вставая.
Она посмотрела на меня широко открытыми глазами.
– Как ты думаешь, однажды я смогу стать такой, как ты? Будет ли у меня кто-то, кто будет любить меня так же, как ты любишь Ноа?..
Я очень тщательно подбирал слова.
– Думаю, что для каждого найдется подходящий человек, – сказал я, глядя ей в глаза. – Я никогда не думал, что смогу любить кого-то так сильно, как полюбил Ноа, ты лучше, чем кто-либо, знаешь, насколько я был сломлен. Так что да, думаю, у тебя все получится, Брайар. Однажды ты проснешься, и кто-то перевернет твой мир с ног на голову… Просто нужно дождаться своего момента.
Я подошел к двери и остановился, когда она окликнула меня.
– Я дала ему твое имя, – сказала она за моей спиной. – Я должна была сказать тебе.
Я глубоко вздохнул и вышел из палаты.
59
Ноа
Два года спустя…Наконец-то я выпустилась из университета. Счастье текло по моим венам, и я не могла перестать улыбаться. Это было нелегко – вернуться к учебе после рождения Эндрю. Ужасно было находиться вдали от него, но постепенно мы приспособились.
Николас делал все, что в его силах, и даже больше. Он поклялся защитить мои мечты и амбиции и помочь мне ни от чего не отказываться, все это он выполнил.