— Что здесь происходит?! — я подняла сверкающие гневом глаза на знакомый голос и увидела Рушана, который направлялся в нашу сторону широкими шагами. Если бы не его появление, не смогла бы я удержаться, чтобы не ответить хозяйке и уж точно не ограничилась бы пощечиной!
— Сынок, все в порядке. Я объясняю служанке ее обязанности, которых она, как выяснилось, не знает. Ты можешь опоздать на службу…
— Матушка, я спросил, что здесь происходит? Почему помощница отца вдруг стала твоей служанкой?! — голос Рушана готов был сорваться, но мужчина сдерживал себя, видимо пощечину он все же видел.
— Она рабыня!!! А пока дашо Закир отсутствует, я имею право использовать ее в работе по хозяйству! — Амина снова пошла пятнами, я же вновь стала невольным свидетелем ее унижения, только теперь уже со стороны сына.
— Насколько мне известно, отец дал ей достаточно работы на время его отсутствия. Поэтому не стоит дергать ее по твоим делам, — он прожег мать недовольным взглядом.
— Иди за мной, — он даже не посмотрел в мою сторону, направляясь к двери, ведущей в сад, а я поплелась следом за мужчиной.
— За что она ударила тебя? — Рушан шел так же чуть впереди, не оглядываясь, словно был уверен, что я точно следую за ним.
— Вы хорошо знаете свою мать? — мужчина резко остановился, а я не заметив этого, врезалась в его спину.
— Да, я прекрасно знаю свою мать и ее характер, — он медленно повернулся и взглянул на меня, а я, сделав шаг назад, отвернулась в сторону.
— Тогда к чему этот вопрос, — пожав плечами, тоже взглянула на мужчину. Мне показалось или я увидела, как сверкнули его глаза. Вот только интереса со стороны хозяйского сына мне не хватало!
— Отец уже дал тебе имя? — он, оторвав от меня взгляд, развернулся и продолжил путь в сторону сада.
— Сафира… — я снова следовала за ним, сверля взглядом дорожку перед собой.
— Тебе подходит, красивое имя… — его слова пролетали мимо меня, ситуация с Аминой не выходила из головы, я была уверена, что женщина теперь точно не оставит меня в покое.
— Сафира… — я успела остановиться, опять чуть не врезавшись в грудь Рушана.
— Простите, я задумалась, — подняв на него глаза, нахмурилась, пытаясь вспомнить, что он мне говорил.
— Больно? — его рука замерла на полпути от моего лица, когда я отшатнулась, не дав ему прикоснуться к себе. В его глазах мелькнуло сочувствие.
— Нет.