Когда она легко взобралась на каменную скамью, чтобы лучше рассмотреть парк поверх высокой ограды из вечнозеленых растений, Витале невольно улыбнулся:
— Лучший вид на парк — из храма на холме над озером.
Брови Зары сошлись на переносице.
— В первоначальной схеме не было никакого храма.
— Значит, владелец посчитал возможным добавить что-то свое, не нарушая общую симметрию композиции, — сухо пробормотал Витале.
Щеки Зары покрылись румянцем.
— Ну конечно. Я думаю, это чудесно, что он так заботится о парке и даже обеспечил его существование для еще одного поколения.
Витале изучающе взглянул на нее. Его немало позабавило, как быстро она нашлась с ответом. А еще была очень нетерпелива. Он смотрел, как она шла вперед быстрыми, легкими шагами, обгоняя его. По плечам ее маленькой подтянутой фигурки рассыпались светлые серебристые волосы, от которых, казалось, отражалось солнце. На фотографиях в прессе казалось, что волосы у нее крашеные, но на самом деле они смотрелись удивительно естественно и прекрасно гармонировали с бледной нордической кожей и необычным цветом глаз.
Дочь Монти Блейка обладала неожиданной привлекательностью. Даже простой наряд не мог скрыть ее невероятную женственность, изящные формы и ставившую его в тупик непринужденность, и это сильно возбуждало его. Вот уже много лет ни одна женщина не оказывала на него такого действия, и ему совсем не нравилось это новое ощущение. Он предпочитал предсказуемо невысокий уровень впечатлений и самоконтроль и вовсе не любил сюрпризы.
Они миновали аллею кипарисов и полюбовались живописным видом на городок, прилепившийся к склону далекого холма. Эта часть парка была менее официальной. Очаровательная изгибающаяся тропинка вела к вишневому саду. Дикие цветы украшали сочную траву. Зара не осмелилась разложить коврик и примять бутоны, а вот Витале не переживал по этому поводу. Он отобрал у нее покрывало и расстелил его. Он подумал, не выбрала ли она такое уединенное место, ожидая секса на свежем воздухе, даже подталкивая его к этому.
Между тем Зара села на колени по-простому и стала вынимать из корзины еду.
— Я очень проголодалась, — призналась она.
Витале внимательно посмотрел на нее и решил, что, наверное, он придает слишком большое значение своим правилам.