— И на что вы рассчитывали, господин Апостолов?
— На то, что эти отбросы спасуют перед дворянином и студентом «Арканума», — решительно заявил я, продолжая разыгрывать дурачка, — Где это видано, чтобы какие-то мелкие бандиты пытались отобрать лавку уважаемого торговца⁈ Мы что, в семидесятые годы живём⁈ В самом центре города процветает рэкет! Мой отец — офицер, наш род старше трёхсот лет — и я не понимаю, почему…
— Хорошо, хорошо, — устало перебил меня Егор Петрович, и помассировал виски, — Значит, вы не были знакомы с Адрианом Адриановичем до вчерашнего дня?
— Никоим образом! Я всего лишь стал свидетелем наглых…
— Да-да, господин Апостолов, я понял! Знаете, вам не стоило так рисковать — следовало сразу обратиться в полицию.
— Не думаю, что из этого что-то бы вышло, — я кривил губы, — Слова Адриана Адриановича не были веским доказательством. А преступники могли узнать о заявлении, и спалить его лавку до того, как полиция предпримет меры! Я всего лишь надеялся, что авторитет дворянства для этих отбросов — не пустой звук! Признаюсь честно — не рассчитывал, что они окажутся настолько тупыми!
— Вы подвергли себя ненужному риску.
— Никакого риска не было! — я высокомерно вздёрнул подбородок, — Если бы захотел — мог бы убить всех этих преступников прямо там! И был бы в своём праве!
— Это так… — вздохнул Сидоренко, — Мы отсмотрели записи с ваших линз и линз Анатолия Хрусталёва, известного вам как «Хруст» или «Толик». На них всё прекрасно видно. Признаюсь честно, господин Апостолов, вы оказали нам услугу.
— Вот как?
— Мы прогнали по базе отпечатки этого человека. И нашли совпадения с несколькими нераскрытыми делами из разных районов столицы. Так что теперь у нас есть шанс раскрыть «глухарей», которые висели так долго.
— А что там за дела, если в общих чертах?
— Мерзкие, если честно… Мокруха, изнасилование, вооружённый грабёж, торговля наркотиками… Подробностей рассказать не могу, но если всё подтвердится, вам официально выразят благодарность в помощи опасного преступника.
А Толик-то оказался мразью, как я и предполагал! Ну, туда и дорога. Если ему повезёт, отправится на каторгу со своими дружками. Нет — после всех розыскных мероприятий Хруста казнят за нападение на дворянина и остальные его делишки.
— Значит, я могу идти? — я изогнул одну бровь.
— Да, разумеется, господин Апостолов. Пожалуйста, подпишите эти документы, — он подал мне планшет с заявлением и справкой о неразглашении информации.