— Клинья подбиваешь? — усмехнулся отец, — Разлился комплиментами…
— Быть вежливым никогда не бывает лишним, — я пожал плечами.
— К тому же, иметь хорошие отношения с секретаршами всегда полезно, да?
— Она личная помощница.
— Картофель-картошка, — отмахнулся Григорий.
Впрочем, я был с ним согласен.
Через пару минут Алёна принесла нам кофе, а ещё через десять дверь кабинета Терентьева открылась, и оттуда вышел посетитель. Я машинально осмотрел его с ног до головы.
Неприметный — так будет сказать лучше всего.
Он кивнул Алёне на прощание, проходя мимо ресепшена, и девушка тут же подошла к нам.
— Прошу, господа. Владимир Александрович вас ждёт.
Кабинет банкира был обставлен шикарно — какие-то современные скульптуры, окно во всю стену с видом на Древо и Кремль, стол чёрного дерева, дорогой белоснежный ковёр… Это что, заклинание самоочищения на нём? Любопытно!
Сам Терентьев оказался высоким и плотно сложенным мужчиной в дорогом костюме.
Однако его внешний вид сильно портили синяки под глазами — будто мужчина жёстко не высыпался последний месяц.
— А, Григорий Афанасьевич! — улыбнулся он так неестественно, что можно было подумать, что его лицо свела судорога, — Рад видеть вас в нашей скромной обители! Вы с сыном?
— Так точно.
— Рад знакомству, — кивнул банкир, и этот кивок был похож на нервный тик.
Хм-м… Что с ним, интересно?
— Взаимно.
— Присаживайтесь.
Мы устроились за столом, и банкир сцепил пальцы под подбородком. Его глаза ни на миг не останавливались, всё время перескакивая с одного объекта в кабинете на другой.
Нет, с ним явно что-то не в порядке… Он что, перед нашим визитом занюхнул дорогу «волшебной пыли»?
— Итак… — Терентьев хрипло кашлянул, — Простите… Итак, что вы хотели обсудить?
— О перезаключении залогового договора, — сказал я, — Видите-ли, теперь право на родовое существо у меня, как у единственного мага в семье. И я бы хотел обсудить условия выкупа.
— Вот как? Кха-кха! — Владимир Александрович снова закашлялся, и вытер рот платком.