Я сделал, как велено, и посмотрел на преподавателя.
— Что теперь?
Вместо ответа Левшов резко выбросил вперёд руку, и по аудитории пронёсся воздушный кулак!
Он с треском врезалась в меня… И разлетелся во все стороны порывами ветра, наткнувшись на амулет.
Я не испугался — так и думал, что Левшов придумает что-то подобное! Ощутив ослабление связи с амулетом, я поднял его к глазам. Энергокристалл полностью потерял цвет, и из голубого стал абсолютно серым.
Ого! Сколько же силы Левшов вложил в заклинание⁈
Одногруппники, ставшие свидетелями этой проверки, изумлённо переводили взгляды с меня на преподавателя.
— Чуть сильнее — и вам бы пришлось отскребать от стены кучу мяса, — спокойно заметил я, снимая амулет.
— Не ссы, у меня глаз-алмаз, — оскалился Николай Павлович, и подошёл ко мне, — А ты хорош, Апостолов! Собрал амулет быстро, точно, безошибочно. Ещё и побаловаться с ЭмАр успел…
— Благодарю, — искренне ответил я.
— Скажи-ка, Марк… — Левшов заговорщицки подмигнул мне, — Извини, если вопрос покажется неуместным, но… У тебя как с деньгами вообще? Заинтересуешься, если я предложу тебе стабильный, официальный и быстрый способ заработка?
Глава 12
Перспективы
Предложении Левшова оказалось очень своевременным.
Оказывается, в академии имелся простой и хорошо налаженный бизнес! Некоторые студенты имели возможность работать в мастерских «Арканума». Они создавали собственные изделия, а академия реализовывала их по оптовым ценам, забирая себе половину прибыли."
"Грабёж, конечно.
К сожалению, академия выплачивала вознаграждения лишь после реализации — но это было лучше, чем ничего.
Кроме того, студенты сами оплачивали расходники, но Левшов пообещал, что для «тестовых» изделий он выделит мне компоненты бесплатно.
После окончания пары мы с одногруппниками направились на следующее занятие — по алхимии. Концепция «будь аккуратен и точен» была похожа на артефакторику, а учитывая, что у меня хватало знаний и в сфере зелий — проблем с освоением предмета не возникло никаких.
Вёл предмет один из преподавателей, который был на моём разбирательстве в ректорате — сорокалетний кудрявый мужик с «эспаньолкой», которого звали Фламенков Николай Игоревич.
Пока он в качестве демонстрации основ обучал нас созданию примитивного целительного эликсира, я размышлял о первом учебном дне.