Но вскоре Олега отвели в сторону три красотки в обтягивающих платьях и я осталась одна у белого бетонного заборчика на площадке в саду.
— Доброй ночи, Валерия! — поздоровался со мной импозантный усач лет пятидесяти в белом, тщательно отглаженном костюме. Он коснулся своим бокалом с вином моего и раздался характерный звон, гулко зазвучавший даже несмотря на громко музыку играющего у бассейна джазбанда. — Какими судьбами?
Я натянуто улыбнулась, поздоровалась и неопределённо пожала плечами, чувствуя себя натуральной дурой.
— Вы помните меня? — спросил он. — Выставка в Монпелье? Ярмарка вина, спор о послевкусии?
— Немножко помню, — снова нервно улыбнувшись, ответила я. — Но вы ведь сами понимаете — столько воды с тех пор утекло!
— А где вы пропадали целый год? — заинтересованно спросил этот нахрапистый усач.
Я оглянулась в поисках Олега. Он говорил о чём-то с девицей в тёмно-оранжевом платье. Она, слушая его, искренне хохотала. Ему явно было не до меня."
"— Занималась духовными практиками, — сказала я, важно округлив глаза. И добавила: — В Полинезии.
Мужик выпал в осадок. Откровенно завис. Воспользовавшись его реакцией, я откланялась и направилась к танцплощадке у огромного бассейна, где тусовались танцующие и попивающие коктейли люди и суетился черноволосый диджей в гавайской рубашке.
Барышня неопределённого возраста, перехватившая меня по пути, церемонилась меньше:
— Лера! Я так рада видеть тебя живой!
Внутренне едва не теряя сознание от напряжения, неловкости и страха облажаться в этих диалогах, я улыбнулась, как смогла и сообщила, что рада видеть её взаимно. Хоть это было и не так.
— Скажи, а вот то, что писали в газетах, это ты сами заказала, да? — интимно приблизившись вплотную ко мне, спросила она.
Я не знала, о чём писали в газетах по поводу некой Валерии, зато хорошо осознавала, как сильно мне уже было не по себе от подобных бесед. Воспользовавшись моей остановкой на лестничном пролёте, к нам тут же подлетело ещё двое барышень неопределённого возраста. Все они, включая вопросившую меня женщину, были просто перечнем возможностей современной пластической хирургии. Но никак не её рекламой.