– Вася милый не мучай себя. Не виноват ты. Не виноват. Видно Богу было угодно забрать нашего единственного сына. Мы должны смириться. Смириться и жить дальше. Слышишь Вася? Мы должны жить дальше. Мы не сможем вернуть Сергея. Не сможем."
"Матвеев повернул безжизненное лицо к жене.
– Жить дальше? Но как? Как Ирина? Когда я посадил «Дохлого», он мне в лицо сказал, что как только выйдет, убьёт моего сына! В лицо сказал. Ты понимаешь? Я мог освободить «Дохлого» и тогда Сергей остался бы в живых. Но я не сделал этого.
Матвеев снова уставился в потолок. Ирина Аркадьевна сама находилась в плохом состоянии после смерти сына, но состояние мужа по-настоящему пугало её. Ирина Аркадьевна взяла его руку и начала гладить её шепча нежные слова, но Матвеев не слышал или не обращал внимания. Это продолжалось долгое время. Понемногу, у Ирины Аркадьевны начала появляться опасение, что после суда её муж окончательно потерял интерес к жизни.
– Ты не виноват! Слышишь? Не виноват!
В ответ на это из глаз Матвеева выкатилась одинокая слеза и медленно покатилась по щекам. Не в силах выносить этого молчаливого самоосуждения, Ирина Аркадьевна бросилась в ванну. Заперев дверь, она опустилась рядом с умывальником и, схватившись одной рукой за раковину, беззвучно зарыдала.
Глава 2
КОЛОМЕНСКИЙ РАЙОН. СРЕДНЯЯ ШКОЛА В АКАТЬЕВО. ИЮНЬ
Зазвенел звонок. Уже через минуту из дверей старенькой школы хлынул поток мальчиков и девочек с ранцами и портфелями. Поток сопровождал непрекращающийся шум, состоящий из криков, визга и смеха. Учащиеся старших классов, покинув стены школы, тут же образовали большую группу, и медленно двинулись в сторону спортивной площадки. По привычке, ребята остановились позади футбольных ворот, и стали что-то оживлённо обсуждать.
Все пять мужчин и оба подростка, остановились в нескольких шагах от группы старшеклассников.