Узнали о местной красавице, принимавшей ухаживания и от него, и от друга-бугая, не делая различия между ними, и в результате, разрушила крепкую мужскую дружбу."
"Вот уж, эти бабы! Лучше бы не на подарки деньги копили, а на поход в салон жриц любви, которых тут, оказывается, в городе, приличное количество. Я имею в виду салонов! Но не воспитывать же нам, пацанам, взрослого парня. Сами и разберутся, а если дёрнется бугай, мы тогда малость Сучу поможем, но про предупреждение он, я думаю, теперь никогда не забудет, если, конечно, жить хочет.
– Вон, и сам дом на возвышении! Огородик и сад за ним! – почти весело пропел довольный Суч. – Вид на город отсюда просто невероятный, особенно, когда ярмарка и заезжие маги, мастера иллюзий, тут представление за деньги показывают. Город платит, а мы бесплатно всё представление смотрим, но иногда очень страшно бывает, особенно, когда драконов в небо запускают. Раз одна баба даже прямо тут и родила. Правда, пускай и не доносила мальца, но повитухи спасли плод, выжил.
А дом неплохо со стороны смотрится! Мощный и на каменном основании. Брёвна в основании стен в два обхвата взрослого человека. Если прав Суч и стоит он столетия, то сохранился он для своего возраста просто отлично. Первый этаж – каменное основание с фундаментом, думаю, там и подвал найдётся. А вот второй этаж – деревянная надстройка, но боги, какие же мощные брёвна в строительстве использованы! На первом этаже, со стороны дороги, всего одно окно, а чуть выше ещё два виднеются.
А тем временем, испуганный Суч продолжал нас стращать:
– …Около дома ещё можно днём находиться, а вот в дом без хозяев нам уже не зайти. Вернее, мне. Страшно становится до жути и, если какую-то определённую черту переступил, то потом очухиваешься уже далеко за крыльцом, а недавно… – и замолчал.
Мы с бароном с интересом уставились на него, ожидая продолжения.
– Дядька моего противника за сердце дивчины прямо до обрыва добежал без памяти, и на глазах парочки пьяных приятелей, вниз свалился. Они похвалялись, что сожгут страшное строение, да видно и чего из вещей пропавшего старика прибрать к рукам хотели.
– И что? – нетерпеливо спросил Шварц.