– «Можно было бы сделать еще больше, если бы мы, большевики, были поумнее». Очень популярная была цитата в то время. Не для собраний, разумеется.
– Смешно, – Сталин чуть прищурился. – Действительно – смешно. Ну, а ради какой цитаты вы перечитывали?
– «Кому нужен полководец, усыпляющий бдительность своей армии, полководец, не понимающий, что противник не сдастся, что его надо добить? Быть таким полководцем – значит обманывать, предавать рабочий класс», – холодно произнес Корелин. – Перечитывалось в июне прошлого года.
Точно, мысленно повторил комиссар. Теперь – точно все решится.
Сталин встал из-за стола, прошелся по кабинету, заложив руки за спину. Корелин протянул руку, взял со стола заточенный карандаш. Сейчас Вождь взорвется. И что будет тогда?
Это уже прямое оскорбление. Такой срыв – слабость со стороны Корелина, но терпение у него уже исчерпано. Все – больше он не может да и не хочет вести умные беседы, выискивать в речи собеседника намеки и аллюзии, пытаться понять, чего же именно хочет Сталин.
"Тот беседовал с Уэллсом? Замечательно. С автором «Войны миров», «Человека-невидимки» и…
Корелин удивленно посмотрел на Сталина. Машина времени? Уэллс разговаривал со Сталиным о путешествиях во времени? И еще в пространстве? Есть у англичанина рассказ о люке, позволявшем перейти из одного пространства в другое.
Черт! Надо было сразу сообразить…
– Я – плохой полководец, – негромко сказал, не останавливаясь, Сталин. – Возможно. Я прозевал удар – не исключено.