Значит, кто хочет идти к немцам? Ну или к казакам? Я бы советовал все-таки фрицев, некоторые казаки сейчас сильно возбуждены, могут сгоряча и прибить, несмотря на мальчишку. Итак, кто не хочет больше воевать? Отходим вправо. Даю слово коммуниста, что убивать не буду. Как лейтенант решил, так и поступим. Живыми отпустим, товарищ лейтенант?
– Да, – коротко ответил Севка. – Только мальчишку пусть в любом случае с собой берут.
Костылин медленно двинулся вправо. Голову втянул в плечи, будто ожидая, что сейчас кто-нибудь из командиров передумает и выстрелит.
За ним шагнул Чреватый. Винивитинов и Павлов пошли одновременно.
– Значит, единогласно, – подвел итог Чалый. – Прекрасно. Есть только одна просьба… Крохотная. Не сразу бросаться на хутор. Посидеть где-нибудь в тенечке, часика два, чтобы мы смогли отойти подальше. Договорились?
– Д-да… – прохрипел Костылин.
Он все еще не верил, что вот так просто командиры его отпустят в плен.
– Взяли мальчика и пошли во-он туда, по балочке. Она закончится, продолжайте движение еще километров пять.
Бойцы молча поставили на ноги казачонка, который даже и не сопротивлялся, смотрел потрясенно то на Севку, то на летчика.
– Шагом марш, – скомандовал Чалый, и бойцы ушли.
– Вот так… – сказал капитан. – Таким вот образом… Теперь осталось закончить с твоим приятелем, и можно идти. Давно я не гулял пешком на большие расстояния… Мне…
Он хотел сказать, что летать ему нравится больше.
И когда капитан упал, добавил еще ногой. Тоже в живот.
Потом присел перед капитаном на корточки и, глядя в глаза, сказал, чувствуя, как начинает дрожать голос:
– Тебе, дураку, не говорили, что после «с ума сведет» следует «на нем погоны золотые»? Сам сообразить не смог, что в сорок втором году при любом раскладе песенка будет звучать странно? И «мне сверху видно все» – это тоже из кино с погонами.
"– Козел, – прохрипел Чалый. – Ну, можно же было просто спросить?..