! Открыть лицо! Никому в камере лиц не закрывать!
Уинстон опустил руки. Парсонс шумно и обильно испражнился, и тут выяснилось, что слив забит. В камере еще много часов стояла ужасная вонь.
Парсонса увели. Непонятно зачем к Уинстону постоянно подсаживали других заключенных. Какая-то женщина, которую направили в камеру 101, заметно съежилась и побледнела. Если Уинстона привели сюда утром, то наступил вечер, если вечером, то была полночь. В камере осталось шестеро, обоего пола. Все сидели очень смирно. У противоположной стены замер человек со скошенным подбородком и крупными зубами, похожий на упитанного, безвредного грызуна.
Дверь открылась, вошел еще один заключенный. При виде него Уинстон похолодел. Вроде бы обычный, невзрачный человек, похожий на инженера или механика, но его лицо исхудало так, что стало похоже на череп.
"Он сел на скамью невдалеке от Уинстона. Смотреть на него Уинстон избегал, но изможденное, похожее на череп лицо так и стояло перед глазами. Внезапно он понял, в чем дело: этот человек умирал от голода! Видимо, та же мысль пришла и другим заключенным. По скамье пронесся тихий ропот. Взгляд человека без подбородка постоянно падал на новенького, виновато уходил в сторону и опять возвращался, словно притянутый магнитом.
Телеэкран разразился яростными, оглушительными криками. От неожиданности человек без подбородка подскочил на месте. Человек с лицом-черепом поспешно убрал руки за спину, демонстративно отказываясь от подарка.
– Бамстед! – приказал голос. – 2713, Бамстед Джей! Брось хлеб!
Человек без подбородка уронил хлеб на пол.
– Стоять на месте, – велел голос. – Лицом к двери. Не двигаться.
Человек без подбородка подчинился. Его большие пухлые щеки нервно подрагивали. Дверь с лязгом распахнулась, вошел молодой офицер и шагнул в сторону. Вслед за ним ввалился коренастый надзиратель с могучими руками и плечами, встал напротив человека без подбородка и по знаку офицера нанес провинившемуся страшный удар в лицо.