Мне ничего не нужно. Надеюсь, вам пригодится.
Я потоптался на месте, не зная, что сказать и что сделать. Мне было очень неловко.
– Да вы присядьте, Миша! – Больная махнула рукой куда-то мне за спину, я оглянулся, увидел стул и сел на него, пододвинув ближе к кровати. А женщина (бабулькой у меня уже язык не повернется ее назвать!) вдруг усмехнулась и подмигнула мне левым глазом: – Я уже и забыла, когда возле меня, лежащей в постели в одной рубахе, сидел красивый молодой мужчина! Подвиньтесь ближе, дайте мне вашу руку.
– Я и не боюсь! – ответил я, чувствуя, как невольно краснеют мои щеки. – Просто… я никак вас не напрягаю? Ничего, что я пришел? Мне хотелось сказать вам спасибо, вот и все.
Женщина схватила меня за запястье – неожиданно сильно, цепко. Рука ее была горячей, как батарея отопления, кожа сухой, будто пергаментной. От неожиданности я едва не отдернул руку, но вовремя сдержался.
– Сильный! – грустно сказала Капитолина Прокофьевна. – Могучий мужчина! На вас приятно смотреть! Мой Вася тоже был могучим, крепким, как дуб! Казалось, его ничего не может сломать! Погиб на фронте.
"– Мне пятьдесят. Это я выгляжу молодо, – улыбнулся я. – Жалею ли я о чем-то? Жалею, конечно. Об упущенных возможностях. Об ушедших друзьях. О том, что мог бы сделать. И о том, что сделал, когда это не надо было делать.
– Ты неглуп, – улыбнулась женщина. – Это уже хорошо. Мне интересно с тобой говорить, а я редко о ком могу так сказать. Люди банальны в своих желаниях, в своих устремлениях. Вот ты – чего ты желаешь от жизни? Не бойся, можешь мне сказать – я все равно унесу это в могилу. Мне осталось жить день, а может быть, и меньше. Час. Два. Три часа. Поделись со мной – и тебе будет легче.