Девушка была довольно полненькой, и внутри длинной широко разверстой раны была отчетливо видна желтоватая пузырчатая ткань жировой прослойки и темно-красная мышца - все это напоминало раскрытую книгу с неровными зазубренными страницами. Прежде мне не доводилось видеть ничего подобного… Просто удивительно, что крови при этом она потеряла не так много, во всяком случае, куда меньше, чем можно было ожидать.
Тело закрывается, подумал я. Обычное явление в случае серьезной травмы.
Что мог я сделать для нее? Совсем немного.
Из двух широких полос, вырезанных из рубашки, можно соорудить вполне приличные бинты.
Глаза по-прежнему открыты, рука, согнутая в локте, прикрывает голову. И заговорила она всего дважды. Сперва спросила:
- Где я?…
А чуть позже:
- Не понимаю…
- Все в порядке, - сказал я.
- О… Правда?… Хорошо.
Вернулись мои помощники. Принесли козлы, плед и полотенце.
- Я думал, мы забинтуем ей ногу вот этим, - сказал первый мужчина. - Но, смотрю, вы все уже сделали.
Однако мы обвязали ей ногу еще и полотенцем - для лучшей защиты, а потом укутали девушку в плед и поставили сверху козлы. И двинулись дальше, но не нашли больше никого, кому могла понадобиться помощь. Нашли одну из официанток, мертвую, она упала на поднос с канапками, гладкое юное личико было мертвенно белым; затем увидели неподвижные ноги еще одного араба.
И вот, не сговариваясь, все мы четверо повернули назад и, выйдя из-под тента и вдохнув божественно свежий воздух, услышали вой сирен - целая кавалькада спасательных машин спускалась по склону холма.