Формальным предлогом являлось лучшее освоение языка, но в глубине души я со стыдом и горечью признавал, что просто не в силах более находиться дома, где на меня смотрят как на неудачника. Неудачи лучше переносить в одиночестве.
По чистой случайности, благодаря знакомым знакомых моей вконец отчаявшейся матери, я за небольшую плату был приглашен пожить в семье в Бордо. И сперва мне ничего не говорил тот факт, что хозяин, глава семьи, оказался поставщиком вин. Именно он, месье Анри Таве, определил, что я вполне успешно могу отличать одно вино от другого, попробовав лишь раз.
Однако все это казалось не более чем игрой, и по истечении запланированных трех месяцев я вернулся домой без всякого понятия, чем же заняться дальше.
Примерно через месяц после моего возвращения она получила письмо и тут же бросилась меня искать. Она держала бумагу перед глазами, недоуменно щурясь, словно с трудом различала написанное.
- Месье Таве хочет, чтоб ты вернулся, - сказала она. - Предлагает стать твоим учителем.
- Вину, - коротко ответил я, впервые за долгие годы ощутив, как во мне просыпается интерес."
"- Тебя? - Она была в полном недоумении.
- Ну, наверное, он хочет обучить меня торговле, - добавил я.
- Господи Боже!
- Можно я поеду? - спросил я.
- А ты хочешь? - удивилась она. - Я желаю знать, ты действительно нашел себе дело по душе?
- Просто я… вроде бы ничего другого не умею.
- Да, - прозаично согласилась она.
Месье Таве весьма интенсивно занимался со мной в течение года, везде таскал с собой, показывая все стадии и этапы изготовления и транспортировки вина. И в бешеном темпе передавал мне знания, накопленные им за долгую жизнь, считая, что я все ловлю на лету и нет нужды повторять дважды.