Но прошу — не нужно считать меня сумасшедшим! Во-первых — я не планирую тащить вас на эту «охоту» насильно! Кто хочет — остаётся дома, это настоящая крепость, вы уже успели убедиться, и вам тут совершенно ничего не грозит. К тому же, сейчас защита будет усилена многократно. Во-вторых — повторяю во второй раз — я подготовился. Уж зная о моих возможностях, вы могли не сомневаться в том, что я приму всевозможные меры безопасности!
— А именно? — поинтересовался Рихтер.
— Усиленная защита магического периметра, турели, энергетические ловушки, ракетные установки, собственный Источник с почти безграничным резервом, больше сотни опытных колдунов, почти все из которых участвовали в боевых действиях, — принялся перечислять Салтыков, — Тридцать «Витязей», аналитическая группа, боевые и защитные амулеты высочайшего класса у каждого из моих слуг — даже у горничных, и поверьте, они умеют с ними обращаться.
— Знаешь, ты мог бы предупредить о том, что планируешь, когда приглашал сюда! — не сдавалась Варвара, нахмурив брови, — Подобное ставит всех нас в опасное положение!
— Ах, сетерёнка, отринь свои страхи! — отмахнулся Салтыков, — Мы притянем к острову мелочь, которая отойдёт от основного «косяка»! Все, кто нужно, в ведомствах предупреждён! А твари будут не такими, каких вы видели в репортаже с последнего прорыва! Неужели мы — наследники славных родов! — не справимся с какими-то безмозглыми порождениями магии⁈ Мы — те, кто заставил невероятную силу служить! Подчинил её! Мы управляем тканями самой реальности, и подобное — редкий вызов нашим возможностям! Когда ещё выдастся возможность так поохотиться и безпошлинно добыть редкие усилители⁈
Салтыков вошёл в кураж и ещё пару минут продолжал вещать, будто перед избирателями с трибуны.
А я, слушая его, ощущал странное…
В первые мгновения его пламенной речи каждый из присутствующих счёл Петра если не сумасшедшим — то оторванным от реальности.
Но вот в чём любопытная деталь — чем больше Салтыков говорил, тем сильнее все проникались его словами.
Фразы князя были не просто набором звуков — они ощущались как живая ярость, как уверенность, которая наполняла души и сердца.
Я видел, как разгорались глаза молодых дворян, уже вырисовывающих у себя в уме перспективы от предложенного Петром занятия.