Так что…
— Надо же было министерству образования именно на нас оторваться! Зачем это вообще? Вроде воевать никто с нами не собирается…
— А давайте у Марка поинтересуемся? — фыркнула Аня, — Это же он у нас проводит время с друзьями императорского двора. Может, знает что-то, чего не знает широкая общественность?
Я только покачал головой.
Мой новогодний вояж не был секретом для друзей и товарищей по команде — потому что мне пришлось объяснять Чехову и Зверю, решившим устроить на каникулах марафон тренировок, почему меня не будет.
Не сказать, что они обрадовались — но поняли, что деваться мне некуда.
Впрочем, о том, что там НА САМОМ ДЕЛЕ произошло, я никому не рассказывал, даже Арсу и Ане.
Что поделать — тайная канцелярия его светлейшего Высочества Императора была против трепания языком…
Так что это весьма забавно, но намёк Ани был очень даже к месту. Иной раз я даже задумывался, что из-за «оплошности» Салтыкова государство вдруг резко решило нагнать учебную программу первокурсников.
Нет, возможно, тут было что-то другое — но даже если и так, меня это волновало слабо.
— Я знаю только то, что мне кроме огромного доклада Земельцеву надо выучить полтора десятка заклинаний, отработать их, написать доклад для Вязовского — а меня до сих пор не пускают в Архивы, спешу напомнить! — составить каталог ядов для Фламенкова, и научиться сращивать лучевые кости для Онегиной. И это я молчу о медитациях, тренировках и лавке. Поверь, Лиса, даже если завтра начнется война, я узнаю об этом вместе со всеми.
— Кстати насчёт тренировок — Чехов рвёт и мечет, что пришлось сократить их количество, — послышался голос у меня за спиной, и рядом сел не менее хмурый, чем мы, Олег Вещий. Он поставил поднос на стол и вяло помешал густой венгерский гуляш, — Ты что, стал меньше ему платить?
Ни для кого не было секретом, что команду финансировал я — и все на факультете относились к этому с уважением.
— Да если бы… Что я могу поделать? — вздохнул я.
Ещё бы! Они и понятия не имели, что в Кубке хранится Эфир, и что мне во чтобы то ни стало надо его добыть!
При мыслях об этом я вспомнил, как упустил Эфир Иерарха, и почувствовал злость, сжав под столом кулаки.
— Весь наш курс в ах… В сильном удивлении от новой учебной программы, Олег.