В ее старой машине не было блютуза, и Мэй не хотела схлопотать штраф за разговоры за рулем.
— Алло? Мэй? — раздался слабый прерывающийся голос. — Ты в пути?
— Да.
— Жаль, что тебе приходится этим заниматься.
— Все будет хорошо. Я не переживаю.
Ложь жалила, о да. Кроме того, что еще она могла ответить?
Они оставались на связи, не разговаривая, и в голове Мэй держался образ пожилой женщины, сидящей рядом с ней в машине в расшитом домашнем халате и розовых шлепанцах, похожих на то, что Люсиль Болл[7] носила в своей квартире и в квартире Рики.
Черт, Мэй не была уверена, что сможет с этим справиться.
— Ты знаешь что делать? — спросила Талла. — И ты позвонишь мне, как только вернешься в машину?
Боже, этот голос становился таким слабым.
— Да. Обещаю.
— Я люблю тебя, Мэй. Ты справишься.
Нет, я не смогу.
— Я тоже тебя люблю.
Мэй повесила трубку и потерла глаза, которые защипало.
Когда она доехала до тридцатого, стоимость коммерческой недвижимости вокруг упала буквально на глазах, старомодные офисные здания были заколочены, все рестораны и магазины заброшены.
Мэй начала терять веру в свой план, когда подъехала к первой из нескольких переполненных стоянок.
И, Господи, проблема в том, чем они были заставлены.
Транспортные средства — потому что они точно не были похожи на обычные седаны и хэтчбэки — были либо ярко-неоновых, либо черных расцветок, стилизованные в стиле «аниме», с правильными аэродинамическими углами и заостренными бамперами.
Она оказалась в нужном месте…
Да ладно. Ей здесь не место, но она там, где должна быть.
Мэй заехала на третий участок по той же теории, которую она выдвинула ранее на шоссе: если она проедет чуть дальше, то проскочит мимо.