Ведь мог сообразить, что не просто так к нему стучусь после года молчания! Ответь он мне, когда я лежала в больнице, выручи, посодействуй, его дочь жила бы совершенно в других условиях. Я злюсь на него, задыхаюсь от ненависти именно за то, что он не пожелал помочь собственной дочери, даже выслушать меня не захотел.
Что стоит выслушать человека? Разве это сложно? Особенно, если ты с ним спал, говорил о чувствах… Это подло! Это очень подло!
Да, конечно, он не знал, что заделал мне Аню.
В коридоре не останавливаюсь, не оглядываюсь, иду сразу в дамскую комнату. Не жду ублюдка.
Захожу в туалет, нарочито долго мою руки, прикладываю их к щекам. Они ледяные, сейчас их, наверное, даже можно использовать как хладоэлемент. Щеки, наоборот, горят огнем. Хорошо хоть здесь никого, кроме меня, никто не наблюдает за тем, как я тупо стою и пялюсь на себя в зеркало."
"— Соберись! Ты сейчас выйдешь отсюда, вернешься обратно в зал и будешь улыбаться Натану весь остаток вечера, чего бы тебе это ни стоило! — приказываю себе.
Однако он уже понял, что я его узнала.
— Плевать! Если попытается заговорить, просто проигнорирую его.
И вообще, он наверняка просто пошел в туалет, а не за мной. Такое ведь может быть, правда? Совершенно необязательно, что эта сука ждет меня за дверью.
Немного приободрившись, выхожу в коридор.
Сука ждет… еще как ждет!
Замечаю, как он сверкает глазами, и еле сдерживаюсь, чтобы не кинуться на него. Собрав остатки силы воли, отворачиваюсь, гордой походкой иду обратно в зал, а он ищет моего взгляда, чуть наперерез мне не бросается. И вокруг, как назло, ни одной живой души.