Если так или иначе прибьет, зачем доставлять ему удовольствие и слушаться? Совершенно незачем!
«Весело тебе бить тех, кто не может ответить, мудак ты паршивый?! А если жертва начнет сопротивляться?»
— Ты не первая, кто меня предал, Элена! Но будешь последней! — орет он через стол.
«Анечка, прости меня…» — молю про себя и переступаю ту грань, к которой раньше не смела даже приблизиться. Будь что будет.
— Меня зовут Ждана! — четко выговариваю каждый слог.
Физиономия Романа вытягивается.
— Что-о-о?!
— Ждана, запомни! — выкрикиваю громко.
Он упирается обеими руками в дубовый стол.
— Ах ты тварь! Кто тебе разрешал открыть рот?!"
"— Я тебе уже как-то говорила, тварь здесь одна — и это ты! Ты издевался надо мной годами, ты попытался отнять у меня право видеться с ребенком и еще лицемерно хотел завести какую-то там семью?! Ты тварь, Роман! И всегда ею был!
Я вижу, как наливаются кровью его глаза, как злобная ухмылка превращается в оскал. Но гнев в драке — паршивый помощник, это я выучила в очень юном возрасте.
Роман хватается за стол и с грозным рыком его переворачивает — посуда вместе с блюдами валится на пол, по ковру разливается красной лужей вино.
Да, спору нет, зрелищно, но какой от этого толк?
Я успеваю отпрыгнуть, прихватив с собой нож для резки фруктов. Не ахти какое оружие, но явно лучше ножниц, успевших доказать свою эффективность.
Роман рычит и медленно обходит стол, громко приказывает:
— Марш в гостиную, стаскивай платье и вставай на колени! — а сам тем временем уже тянется к ремню на джинсах.
Видимо, думает, сейчас позволю ему связать мои руки, как было раньше.
«Мужской орган тебе в зубы, то бишь хер!»
Опускаю взгляд вниз.
«Ого, да у кого-то в штанах пожар! Эх, как его завело мое упорство!..»
Делаю вид, что послушалась, иду в сторону гостиной, только в комнате не задерживаюсь, что есть мочи бегу к лестнице, по дороге проклиная чертовы шпильки.
— Стой, сучка! Сама себе хуже делаешь!
Он трясет ремнем и кидается следом.
— Я больше не играю по твоим правилам! — кричу в ответ и несусь к спиралевидной лестнице.
Но она слишком крутая, по такой не побегаешь с непривычки, особенно на шпильках. Почти сразу оступаюсь и чуть ли не носом съезжаю вниз, благо забралась совсем не высоко. И в эту самую секунду Войтов хватает меня за волосы.
— Куда собралась, стерва?!
Он больно обхватывает меня под грудь и тащит в гостиную. Швыряет на пол, пинает в бок, прям как тогда, перед тем как его забрала полиция.