№333, или Притворись, что любишь 2

Думаю, это как-то связано с вопросом конспирации, хотя само место находится не так уж далеко от жилых домов пригорода.

— Пойдем! — подгоняю Анюту.

Первым делом иду к банкомату, снимаю немного денег. Натану необязательно знать, где и как я выполняю его приказание развлекаться. Потом мы выбираем фильм. Нам невероятно везет, я бы даже сказала, невообразимо: попадаем на мультипликационную экранизацию Золушки. Это самая любимая сказка Ани.

Покупаю попкорн, пару шоколадок, пол-литровые стаканы с газировкой. Гулять так гулять, лишние калории потом сожжем на катке.

Довольные, топаем в зал.

В здании фонда для детей предусмотрено всё, но вот кинотеатра нет, даже самого крохотного. Только телевизор, и то лишь в гостиной. Может быть, с какой-то стороны оно и мудро — дети больше читают, развиваются. С другой, мультфильм — тоже отличное развитие. Детство должно быть не только полезным, но еще и веселым.

Аня замирает, уставившись на экран, даже попкорн поначалу не берет. Я тоже замираю, любуюсь своим ребенком. Век бы на нее смотрела! Как по мне, нет в мире существа совершеннее, чем моя дочь.

Знаю, что мое восприятие уж слишком субъективно, для каждой мамы ее ребенок — самое прекрасное создание на свете. Всё же эта девочка вырастет настоящим сокровищем. И как же мне жаль, что растет она в таком ужасном месте, где красота — совсем не благо.

Я обожаю в своей дочери абсолютно всё, начиная от забавного вздернутого носика, заканчивая чуть искривленными мизинцами на ногах. Это наследство от ее биологического папаши.

Единственное, что он ей оставил, за исключением набора ДНК.

А я ведь пыталась с ним связаться после той аварии… Находясь в полном отчаянии, была готова на всё. Рыдала, лежа в больнице, когда Аню забрали соцслужбы, и писала ему с разных аккаунтов в соцсети. Он блокировал все мои попытки с ним связаться. Ответил лишь раз, обозвав психованной прилипалой, и даже выслушать не захотел.

Во всем мире не найдется достаточно места, чтобы вместить всю мою злобу и ненависть к этому человеку. Гад и сволочь! Помоги он мне тогда, может, никакого фонда и не было бы, и я бы не умирала каждую ночь от страха за Аню и ее будущее.

— Как зовут нового дядю, с которым ты живешь? — вдруг спрашивает она.

— Натан, — отвечаю, хоть и сама не знаю зачем.

— Передай ему спасибо за то, что тебя отпустил! — говорит дочь, набивая рот шоколадкой.

Я киваю, но понимаю, что вру. Никогда и ни за что не расскажу Натану об Ане. Ни один из моих будущих джентльменов не узнает о моей дочери.