Тогда эти мысли, столь блуждающие и потворствующие, могут оказаться ценными, подтолкнут его к мигу откровения. Ха. Неужели он верит во всю эту чушь? Неужели у него еще есть вера?
“Не задавай вопроса, и река ответит.
Вопрошай реку, находи ответы”.
Безумные Поэты проводили жизнь в войнах изысканной прозы, достигая… чего? Ну, полнейшего уничтожения традиции. И подытоживали результат двумя строчками.
***
Спиннок Дюрав натянуто улыбнулся. - Когда?
Аномандер Рейк вытянул ноги, и подошвы сапог оказались почти в пламени очага.
Дюрав покосился на огонь. - Не особенно. О, я выигрываю каждый раз. Мой лучший оппонент не в лучшей форме. Увы, его разум занят другим. Я не чувствую давления, и это мешает наслаждаться игрой.
- Наверно, это Сирдомин.
Спиннок удивленно поднял голову. “Ну разумеется”, - подумал он тут же, - “он же Сын Тьмы. Его могут называть Королем Призраков, но сомневаюсь, что хоть одна подробность происходящего в Черном Коралле неизвестна ему.
Аномандер Рейк тихо улыбнулся. - Итковиан был необыкновенным человеком. Новый культ интересует меня, но я не уверен, что он доволен происходящим. Он видел в себе солдата, и плохого солдата - падение Капустана опустошило его. - Рейк помедлил, погрузившись в воспоминания, и сказал: - Это была всего лишь компания наемников скромной численности - не чета Багряной Гвардии.
Спиннок оставался молчаливо - собранным. Недавно он снова отлучался. Новое путешествие ради Лорда. “Охота на дракона. Во всех смыслах”. Разговоры, которые он вел, придя к искомому месту, не стоит пересказывать.
- Он мог простить любого, кроме себя.
“Неудивительно, что он вам нравится”.
Аномандер Рейк вздохнул. - Не могу сказать, как долго ты будешь мне нужен.
Когда смысл этого заявления достиг Спиннока Дюрава, он ощутил укол неудовольствия. Рассердившись на себя, осторожно вытянул руки, положив на подлокотники кресла, сжав пальцами прочное дерево. Он надеялся, что на лице ничего не выразилось. “Я делаю это и буду делать. До конца. Она юна, так юна… ох, бессмысленно думать об этом… обо всем этом. О ней”.