- Я недавно в Даруджистане, - снова сказал Баратол. - Подобное покровительство невозможно.
- Да уж.
- Насчет ученичества…
- Тоже невозможно. Вы сказали, что уже давно в кузнецах, и я не оспариваю ваши слова - все доказательства очевидны. Разумеется, это делает вас сверхквалифицированным. Да и староваты вы для ученика.
- Если я не могу учиться, как найти покровителя?
Улыбка на устах, качание головы. Ладони поднялись: - Вы же понимаете, не я сочиняю законы.
- Могу я поговорить с одним из тех, кто сочиняет подобные законы?
- С кузнецом? Нет, увы, они заняты в кузницах, как и подобает мас…
- Я мог бы посетить их на рабочем месте.
- Ни в коем случае. Мне доверили обязанности управления Гильдией. Если я совершу нечто подобное, меня ждет отстранение от работы. Неужели вы обремените себя такой виной?
- Думаю, я смогу жить с такой виной.
Лицо клерка отвердело. - Благородный характер - важнейшее качество, подобающее члену Гильдии.
- Важнее покровительства?
- Это баланс добродетелей, сир.
- Вы спали, когда я пришел.
- Вам могло так показаться.
- Мне показалось? потому что так оно и было."
"- Не имею времени спорить с вами о том, что вам могло или не могло показаться на пороге нашей конторы…
- Вы спали.
- Вы вполне могли придти к подобному умозаключению.
- Я умозаключил, потому что вы спали. Подозреваю, если это станет известно членам Гильдии, могут последовать дисциплинарные взыскания.
- Ваше слово против моего.
- И давно ли честность стала дурно влиять на чувство чести?
Клерк моргнул: - Ну… как только она стала обвинять, разумеется.
Баратолу пришлось подумать. Он предпринял новую попытку: - Я мог бы оплатить взносы заранее. Предположим, за год вперед или еще больше.
- Без покровительства подобный платеж будет рассматриваться как дар. Имеются судебные прецеденты, позволяющие…
- Вы возьмете деньги и ничего не дадите взамен?
- Разве это не суть благотворительного дара?
- Вряд ли.
- Членство открыто для любого кузнеца, желающего работать в городе. Как только он найдет покровителя.
- Что делает вас закрытой лавочкой.
- Чем?
- Малазанская Империя нашла множество таких лавочек в Семи Городах. И открыла их. Думаю, при этом пролилась кровь. Император не пасовал перед профессиональными монополиями любого сорта.