- Наследие тех, кто действовал, не понимая полного смысла своих действий. Да, безрассудные колдуны заплатили жизнями, тем самым избежав заслуженного наказания. Тебе не кажется, что это кое-кого очень огорчило?
Барук снова поглядел на духа. Глаза его сузились.
Шептун повел призрачной рукой: - Так много… наследий.
- Точно подмечено, Некромант. Хотя ты сам видишь, что я ответственности не избегаю.
- Верно, иначе давно бы бросился в мои объятия. Или придумал бы выход более изысканный, как сделали твои дружки по Кабалу в ночь, когда Воркана шла в тенях…
Барук вытаращил глаза.
- Нет. Зачем бы ей?
Барук вдруг замерз. - Той ночью она не пыталась ничего… обсудить со мной.
- Может быть, знала, что ты ответишь.
- Как и Дерудан.
- Несомненно.
- Но остальные…
Шептун молчал.
Барука подташнивало.
Он мог понять товарищей по Кабалу, мог понять идеально легкий выход, предложенный Ворканой. И еще он помнит откровенное обещание на ее лице той ночью, давней ночью - его до сих пор преследуют воспоминания о взоре, в котором читалась простота предательства.
Он мог бы спросить - за что; но Воркана всегда держала мнения при себе. Она ничего не задолжала ему… и это не изменилось и сегодня.
- Тебе лучше уйти, - скал Шептун, нарушив ход мыслей алхимика.
Барук заморгал: - Почему?
- Твое молчание меня раздражает.
- Извини, Шептун, - ответил алхимик.
- И ты вообразил, что они могут преуспеть?
- Есть такая возможность, Шептун.
Дух помолчал, затем сказал: - Твой совет?
- Я приставлю к башне одного из своих наблюдателей. Он возвестит тревогу, если на тебя предпримут покушение.