Однако звезды великого купола небес светят тускло и мутно, как бы не желая обнажать острия лучей перед странно тяжелой тьмой. Этой ночью не воют койоты. Ослепшие волки бегут в бесформенном ужасе, и сердца некоторых разорвутся на бегу.
К югу от западной гряды Гадробийских холмов одинокая закованная в кольчугу фигура замедляет шаги, увидев наконец слабое сияние - вечно стучащее сердце великого, легендарного города.
Даруджистан.
В трех лигах на запад от него трое странников смотрят на то же сияние, и в глазах одного - спутники их не видят - разлился такой ужас, такое отвращение, что душа более слабая уже погибла бы.
Он говорит себе, что свершенная месть равна возвращению покоя. Но даже он сам не верит в это. За границей ожидающего его города будущее стало пустотой, бездной - и он верит сейчас, что никогда не увидит его, не падет в бездну.
Но, при всем кипении воли и силы разбросанных по равнине странников, не они стали причиной густой, ощутимой тишины.
Менее чем в лиге впереди троицы семь Гончих разбежались вдоль гребня холмов, зловещие глаза устремлены на сияние города.
Звери наделены способностью уловить стук кроличьего сердца за половину лиги; они отлично слышат двенадцать призывных ударов колокола, означающих наступление полуночи.
И тут же семь Псов поднимают большие головы и воют.
Звезды содрогаются, сжимаются сверкающими точками. Верховный Король замирает с поднятой ногой; древняя, упрямая кровь в венах и артериях внезапно обращается в лед.
Длинная голова Ущерба вздергивается, животное переступает ногами. Сидящая на коне Семар Дев отчаянно вцепляется руками в Карсу, чтобы не упасть на землю, и чувствует, как напряглись мускулы могучего воина.
Впереди Скиталец замирает, ссутулившись, словно все семь воющих зверей уже бросились ему на спину. Затем вздрагивает и продолжает путь.
На углу ворот, обращенных к южной равнине, похожий на жабу демон поднимает голову.
Потом вой постепенно затихает, и демон успокаивается.
Хотя он уже может ощутить содрогание самой земли, дрожь в костях. Стук тяжелых лап по далекой почве.
Все ближе и ближе.
В городе за спиной Чилбеса звонко отбивает колокол. Очередной фестиваль почти окончен. Последний день во имя Геддероны. Последняя ночь, завершение бездумного праздника.
Танцуйте, танцуйте.