“Он здесь! Он здесь! Дассем Альтор в городе!
А можно мне из города?”
***
Карса и Семар Дев видели падение демона, но промолчали. Крылатая тварь взлетела и скрылась за стеной. Карса Орлонг побежал прямо к воротам, расталкивая людей; Семар влачилась следом.
Перебравшись через руины, они вскоре оказались на широком проспекте, на перекрестке, почему-то свободном от беженцев. Вдалеке кто-то еще убегал в слепом ужасе.
Скиталец встал. Одиночка, фигура, омываемая светом разбитой луны.
Слева от воителя показался Пес.
Карса вытащил меч и ускорил шаги. Семар Дев, спешила следом. Сердце ее громко стучало.
Она увидела, как Тоблакай еще замедлился и встал в тридцати шагах от перекрестка. Еще миг - и она поняла, почему.
Котиллион шел к Скитальцу. Вторая Гончая - черная - встала рядом, охраняя своего бога.
За ними внезапно рухнуло далекое здание, и сквозь грохот послышалось рычание зверей, сошедшихся в упорной, смертельной схватке.
Скиталец ждал. Котиллион подошел к нему вплотную и заговорил.
Семар Дев хотелось выбежать вперед - хотя бы до точки, из которой можно расслышать слова бога, понять, что ответит Скиталец. Однако рука Карсы удержала ее; он покачал головой и чуть слышно пробормотал: - Это не для нас, Ведьма.
Скиталец, казалось, от чего-то отказывается.
Котиллион настаивал.
- Он не хочет, - сказал Карса. - О чем бы не просил Котиллион, он не хочет.
Да, это и она видит. - Прошу, мне нужно…
- Нет.
- Карса…
- Это желание, а не нужда.
- И хорошо! Я люблю совать нос куда не нужно. Оставь меня в покое…
- Нет. Всё должно решиться между ними. Семар Дев, ответь мне: получив возможность услышать их разговор, смогла бы ты промолчать?
Она ощетинилась, а затем разочарованно зашипела. - Ладно, ладно, в этом я не сильна.
- Оставь его. Пусть решает сам, свободно."
"Слова Котиллиона падали словно удары, и Скиталец принимал их один за другим, отводя глаза, явно не в силах встретить взор бога.
Пес принялся жевать разодранное тело с бездумным увлечением, столь свойственным всем спешащим набить желудки хищникам. Второй зверь отвернулся и вроде бы прислушивался к звукам схватки.
Котиллион был неумолим.